– Меня никто не заставлял, – сказала Лорен, и по ее голосу он понял, что ей совсем не хочется спать. – Ты что, думаешь, все проститутки – жертвы Счастливчика Лучано, невинные девушки, которых он похитил, изнасиловал и продал в бордели? – долетел до него ее голос. – Или, может, думаешь, их набирают, как солдат на войну, по всеобщей мобилизации? Ничего подобного. Очень многие идут на это добровольно. Некоторым попросту нравится такая жизнь, да и сама работа не очень угнетает. Другие – потому что ненавидят какого-нибудь парня, который лишил их девственности или, может, даже наградил ребенком, и они теперь ему мстят таким вот странным способом. Третьи – потому что им на все наплевать. Так что видишь, – сказал в темноте голос, – среди наших девочек много добровольцев, очень много.
– И многие застревают на сверхсрочную, – сказал Пруит. – На весь тридцатник.
– Не обязательно. Некоторые действительно застревают, но их гораздо меньше, чем ты думаешь. Многие все рассчитывают заранее, как я. Отслужат один срок, а потом на покой. Таких много.
– И ты, значит, тоже так решила?
– Неужели ты думаешь, я собираюсь быть проституткой всю жизнь? По-твоему, мне это очень нравится? Через год я вернусь в наш городишко с кучей денег и заживу как человек.
– А как же дома? – сонно, неуверенно спросил он этот звучащий в темноте голос, не зная, слышит ли он его наяву или ему все только снится. – Пойдут же разговоры, слухи.
– Никаких разговоров не будет, никто ни о чем не узнает. У нас в городе – там у меня до сих пор мать живет, и, кстати, живет на те деньги, которые я ей посылаю, – у нас в городе все думают, что я работаю личным секретарем у одного из гавайских сахарных королей. Начинала в родном городке официанткой, потом кончила вечернюю школу, пообтесалась и попала в секретарши на хорошее место. Сейчас девушка работает, копит деньги, а накопит – вернется домой, будет ухаживать за больной матерью.
– А если все-таки пронюхают? – спросил он свое сновидение.
– Каким образом? Маленький городок в Орегоне, никто никуда не ездит, даже очень богатые дальше Сиэтла не выбираются. Вернется приличная девушка, строго одетая, как положено секретарю солидного бизнесмена, будет жить на «скромные сбережения». Кто догадается, что я не та, за кого себя выдаю?
– Пожалуй, никто. А как тебе вообще пришла в голову эта затея?
– У меня был парень, – начал объяснять голос из сна. – Я работала официанткой в кафе. А он был из солидной, богатой семьи. Банальная история, ничего нового. Я, правда, не забеременела, обошлось. Он два года со мной спал, а потом женился на другой, которая подходила ему больше, как считали его родители.
– Паршиво, – пробормотал он. Неужели это его от виски так разморило? Руки и ноги как ватные. – Очень паршиво.
– Занятная история, верно? – улыбнулся голос. – В Голливуде могли бы снять неплохой фильм.
– Уже сняли, – сказал он. – Таких фильмов десятки тысяч.
– Но у моего фильма другой конец. Помнишь «Западню желания»? Прекрасная картина. Там героиня идет служанкой к молодым супругам и нянчит их детей, чтобы только быть рядом со своим возлюбленным. В моем фильме ничего похожего нет.
– Конечно, – сказал он. – В жизни такое не часто встретишь. Я лично не знаю ни одного примера.
– И никто не знает. Потому что так не бывает. Когда он женился, я уехала в Сиэтл, устроилась официанткой. К нам в кафе часто заходил один воротила-сутенер, и девушки быстро меня на него нацелили. Завести с ним роман было легко, труднее было убедить его, что он мне нравится. Он должен был поверить, что я в него влюбилась, и сделать то, что он и сам собирался. Только я настояла, чтобы он послал меня сюда, а не в Панаму или Мексику. Потому что, видишь ли, мы с ним якобы любили друг друга. Он-то не знал, что каждый вечер, когда он уходит, меня наизнанку выворачивает.
– Лорен, – сказал он, не понимая, снится ему это или он говорит наяву. – Лорен… Ты очень смелая, Лорен. И я горжусь тобой. Я теперь тебя понимаю. Я горжусь тобой, и мне плевать, кто что про тебя говорит.
– Смелость – ерунда, – произнес ее голос. – Главное не сама смелость, а то, чего смелостью можешь добиться.
– Зачем ты так цинично?
– Если приличным мужчинам требуются жены с хорошей репутацией, со средствами, с положением в обществе, у меня все это будет. Есть только один способ это приобрести. За деньги. Вернусь домой с мешком денег, куплю нам с матерью новый дом, запишусь в загородный клуб, начну играть в гольф и бридж, по вторникам буду ходить в литературный клуб, выступлю там с разбором «Западни желания», и тогда какой-нибудь мужчина с приличным положением решит, что я для него приличная жена, что я сумею вести хозяйство в приличном доме и воспитаю ему приличных детей. И я выйду за него замуж. И буду счастлива.
– Лорен, – говорил он во сне. – Лорен. Пусть у тебя все исполнится, пусть все сбудется, как ты задумала. Дай бог, чтобы ты все это провернула.
