- Очень приятно, Есения, - кивнула родственнику Архипа и, не зная чем оправдал начальник ее присутствие, уточнила: - Мы с Архипом коллеги.
Байбал Тукаев был старше Архипа лет на десять. С легкими сединами на висках, поджарый и очень схожий со своим племянником, особенно взглядом, считывающим людские эмоции. Есению охватил трепет, будто мужчина ее экзаменовал на неизвестную ей роль.
- Кыраһыабай кыыс (красивая девушка с якутского), - произнес дядя Архипа, глядя в глаза Есении и, утратив интерес, заговорил с племянником на родном языке.
Официант принес заказанные мужчинами блюда и стал раскладывать на столе. На доске лежала закуска: юкола из муксуна и сига, строганина из оленя и классические бутерброды с красной икрой. Дядя пил водку, а Архип безалкогольное пиво и Есения отметила про себя, что ни разу не видела, чтобы начальник употреблял спиртное.
- Есения, я не знаю, что ты пьешь, закажи сама, - наклонился и прошептал Архип.
- Сухое белое вино, - озвучила официанту.
- Если ты не ешь из того, что мы заказали, взгляни на меню и выбери что хочешь.
Есения, не готовая к экспериментам и не очень любившая рыбу, взяла утиную грудку под сливочным соусом с травами и отварной бурый рис. Ее присутствие было фоном для общения двух родственников, но Есения чувствовала себя некой частью застолья, уже привыкшая к соседству с Тукаевым. Дядя и племянник больше говорили о личном, лишь иногда переходя на сферу бизнеса. Из разговора она узнала, что Алексей Егоров - отец Архипа живет на Ямбурге в поселке оленеводов и, не смотря на возраст за шестьдесят, продолжал геологоразведовательную деятельность в сфере газового промысла.
Обед продлился около двух часов и, покончив с ним, мужчины распрощались, крепко обнявшись. Байбал поблагодарил Есению за компанию и, сказав фразу на родном языке, улыбнулся, похлопав Архипа по плечу.
Сев в авто, Есения не удержалась от вопроса.
- Что сказал твой дядя? - пытливо вглядываясь в лицо Тукаеву.
- А ты очень хочешь знать? Готова это слышать? – серьезно посмотрел Архип.
- Хочу! Не люблю, когда обо мне говорят, а я не понимаю что.
- Он сказал, что ты красивая девушка. Хотя красота для якута в женщине далеко не во внешности. А если и так, то ты точно не подпадаешь под ее эталон.
- Вот как…, - разочарованно протянула девушка.
- И еще, что ты подходишь мне.
- О…, - сильно удивилась, округлив голубые глазенки.
Архип усмехнулся.
- Ты сейчас очень напомнила мне Веру, - расплылся в улыбке Архип. – Такие же глаза и непосредственность, - немного подумав, добавил: – Что ты так спешила сказать кто мы друг другу? Боялась, что назову тебя своей женщиной?
- Любовницей…, - стыдливо призналась.
- Нет, Есения, любовница тебе не подходит, ты сильно отстаешь от этой роли, - произнес насмешливо.
- Что?! – обиженно произнесла.
Но Архип устремил внимание на дорогу и вопрос проигнорировал. Есения, насупившись, отвернулась и смотрела в боковое стекло, отмечая, как нарядился город перед Новым годом. Ледяные скульптуры на площадях, горки и домики для детворы и светодиодные гирлянды на витринах магазинов и у входа в общественные здания.
Есения ожидала, что Тукаев ее вернет домой, но когда он привез их к своему жилому комплексу, повернулась и удивленно уставилась на водителя.
- Мы приехали к тебе?!
- Да. А ты против? – заглушив мотор, встретился с ее глазами. – Я умираю как хочу тебя… Только не говори, что у тебя месячные…
Рускова смутилась, опустив взгляд. Вспомнила о своем непристойном предложении и требовании Тукаева исполнять роль любовницы в любое время.
- Нет…, нет их, - прошептала.
- Если ты не хочешь секса, я не буду настаивать. Как бы мне не хотелось тебя, я не насильник. И первый раз сложился не совсем так, как я хотел бы.
Архип смотрел на склоненную голову девушки, раздираемый желанием притянуть к себе, зацеловать лицо, шею, запустить ладонь за пояс ее брюк и накрыть горячую, нежную плоть.
- Я хочу…, - подняла голову и смущенно посмотрела.
Архип закрыл на миг глаза и глубоко вздохнул.
- Идем, - и торопливо вышел из машины.
Удовольствие
Пока поднимались в лифте, Архип не сводил голодного взгляда с девушки, что Есения, не удержавшись, съязвила:
- Ты сейчас смотришь на меня как на вяленого муксуна в ресторане.
- Нет, я смотрю на тебя как на цветок среди зимы. С восхищением, заботой и жаждой обладания как нечто редким, - опираясь ладонью в обшивку лифта, ответил мужчина. – И не провоцируй меня, если не хочешь, чтобы я грубо сорвал и смял его нежную плоть…
Лифт приехал на нужный этаж и Архип, властно завладев ладонью девушки, вывел на площадку. Есению вновь охватила дрожь. От предстоящего соития, от таинственности их отношений и от стыда, считая себя блудницей, предложившей свое тело в обмен на меха. И хотя она не просила их, сути отношений не меняло.
- Мне в ванную сходить нельзя? – спросила, едва раздевшись.
- Можно, но киску не трогай, - прошептал пошлость сахаляр.
Пунктик у Архипа не мыть нижние губы перед сексом, Есения приняла без удивления. Вымыв руки и лицо, вышла из ванной и сразу попала в жесткие объятия Тукаева.
