Они благодарили звонившего за передышку, за время, дающего для осознания новости.
Собирайся
Тукаев отвлекся от новости разговорами о работе, зависая на двадцать минут с решением насущных дел. А завершив разговор, вышел на лоджию выкурить сигарету. Когда вернулся, то, увидев Есению, проговорил:
- Собери вещи себе и Вере. Поедем ко мне.
- Но зачем, Архип? – сопротивлялась. – Я сегодня не могу, завтра на работу, Вере в сад…, - смолкла, не договорив под его властным взглядом.
- Дома у меня поговорим, - произнёс с нажимом. – Мне надо отъехать, через пару часов вернусь. Тебя заберу и дочь из сада. Будь готова, - и, не добавляя больше, накинув куртку, вышел из квартиры.
- Командир! – крикнула ему вслед, но Тукаев уже не слышал, сбегая по ступенькам вниз.
Не смотря на возмущение его властностью, покорно собрала необходимое на ночь, не забыв прихватить и енота в сумку. Вера теперь засыпала только с ним.
Через два часа Архип, как и обещал, вернулся и забрал Есению из дома, по пути заехав за Верой. Девочка, увидев знакомую машину, обрадовалась.
- Мамочка, а дядя Архип нас в кафе опять повезёт?
- Не думаю, что дело дойдет до кафе. Сегодня только вторник, а все развлечения у нас в выходные дни, - открыла дверь салона подсаживая дочь на сиденье, захлопнув дверцу, села рядом с водителем.
- Привет, голубоглазая, - повернулся к девочке Тукаев, послав самую добрую улыбку. – Ночевать ко мне поедешь?
- Я буду спать на вашей большой кровати с мамой? – просияла девчушка.
- На счет с мамой не знаю, - тут он повернул голову и взглянул в лицо Есении. - Но что на широкой постели обещаю.
Обещая самой маме сказанным, что планы у него на нее большие. Есения отвернулась и уставилась в лобовое стекло.
***
Дома у Архипа они вели нейтрально, не выдавая обуревающих чувств, будто и не случилось разговора накануне. Терпеливо ждали часа, когда останутся одни. Поужинав и поиграв с девочкой в разные игры, посмотрев мультфильмы и обсудив персонажей, уложили Веру спать на большую кровать. Еноту Вера очень обрадовалась, кутая игрушку в одеяло.
- Мама, иди уже, дядя Архип тебя ждет, - провожала. – Мы с Еноткой не заскучаем.
Есения чуть не расплакалась от серьезного тона дочери. Девочка взрослела на глазах. Обещать, что скоро вернется, не стала. Слишком серьезный разговор предстоял. Поцеловав дочь в носик и туда же игрушку, вышла из спальни.
Архип разложил диван и полулежал на подушке, читая планшет. При появлении Есении на пороге, закрыл его и отложил на тумбочку. Окинул вошедшую тягучим взглядом.
- Останешься со мной?
- На всю ночь?
- На всю ночь.
- Если ты хочешь…
- Очень хочу. Иди сюда, - похлопал рядом с собою, приглашая, с ожиданием вглядываясь в силуэт девушки.
Есения разделась перед его пристальным взглядом. Оставшись в трусиках и майке, прошла до дивана, опустив колена на матрас, подползла ближе и забралась под одеяло.
Тукаев повернулся на бок и, подперев голову рукой, уставился в ее лицо. Есения лежала на спине, укрывшись по грудь, потом повернула голову, встретившись с черными глазами. Несколько долгих секунд смотрели друг на друга. Архип отвел взгляд первым, опустив его на грудь. Потянув одеяло вниз, обнажил плоский живот, прикрытый трикотажем и, чуть помедлив, накрыл ладонью.
- Не могу поверить, что здесь растет мой ребенок. Это так необычно. Из ничего и человек.
- Ну прям так уж и из ничего, - поддела его Есения. – Или ты забыл, как кончал в меня? – добавила раздражённо.
- Очень хотелось наполнить твой сосуд семенем. Я об этом еще в поезде подумал, глядя на тебя как на мать.
Есения вздохнула и завозилась.
- Я тяжелый, знаю, - проведя ладонью до груди и проникнув под топ, сжал поочередно увеличившиеся груди.
Девушка легонько простонала, но не оттолкнула.
- Они стали больше и тверже, - посмотрел ей в глаза.
- Да и немного болят. Но это нормально, - утешающе улыбнулась.
Тукаев снял тяжесть руки с тела Есении и лег на спину.
- Я тебе не говорил, почему развелся с женой.
- Нет, и то, что я слышала, тебя не красит.
- Что ты слышала и от кого? – повернул голову в сторону Есении.
- Неважно…, расскажи ты, - повернулась на бок и, подперев голову ладонью, выжидающе уставилась.
- Знаешь, я ведь любил Леру. Думал, и она меня тоже. Баловал, лелеял, ни в чем не отказывал. Но я жил и работал тут, а она в Ноябрьске. В общем, налеты совершал на неделю или чуть больше. А в один вечер, явившись спонтанно, застукал ее с еб…, с мужиком.
Есения лишь грустно покивала головой, ожидая продолжения исповеди, отмечая сходство их прошлых браков.
- Я чуть не пристрелил из сайги обоих.
- Кошмар, Архип! – охнула лежащая рядом. – Это же убийство…
- Знаю. Не совсем отбитый. Не тронул я их. Но знаешь, что больше меня ранило? – послал взгляд с долей боли. – Лера была беременна от другого. А я ведь просил родить мне малыша.
- Мне жаль, что ты пережил…, я тебя очень понимаю, - погладила по горячей гладкой груди мужчину в успокаивающем жесте.
- Нет, не стоит жалеть. Все к лучшему. Так вот она мне заявила, что не желает иметь ребенка от сахаляра!
