– Мистер Кей, мы дали вам возможность работать не просто в разных странах – на разных континентах! И после этого конфликт все равно не исчерпан – ваши люди упрямо вторгаются на чужую территорию.
Опасения подтвердились. Охота ведется не только в России, но и… в Штатах! Вот почему на найденных в коттедже Тейлор распечатках была карта Калифорнии. Развить мысль я не успела – Гримм запустил новое видео.
– Приношу извинения, мэм.
Услышав голос, я едва сдержалась, чтобы не вскочить.
– Я не предусмотрела все последствия, – продолжала оправдываться Криста. – И готова нести ответственность…
– Вы не первый раз демонстрируете излишнее рвение, – перебила ее дочь сенатора. – Взрыв яхты в Маниле, похищение Тейлор Фарелли в Лас-Вегасе… Вы провоцируете скандал вокруг «Руна», но при этом забываете, что уничтожение одного шоу автоматически приведет к ликвидации второго!
– Мэм, я понимаю ваше негодование. Но у «следопытов» неоднократно воровали базу. Охотники уходят…
– Мне нет дела до ваших финансовых потоков. Разбирайтесь внутри, не вовлекая прессу!
– Конечно, вам плевать, кто будет работать с саудами, – с апломбом заявила Криста. – Прибыль ваша при любом раскладе…
Я перестала дышать. Сенатору принадлежат оба шоу! Вот почему эти гиены до сих пор не перегрызлись друг с другом. В гонке за наживой они не могут переступить черту, подчиняясь приказам главного владельца. Он – звено, которое нужно устранить, и тогда цепь развалится сама.
– Не забывайте, кто перед вами, мисс Эггерс. Еще одно подобное высказывание…
– Когда же ты успокоишься? – Гримм захлопнул ноутбук и подошел к решетке – меня выдало изменившееся дыхание.
Притворяться спящей и дальше было бесполезно.
– Передай, что предложение принято. – Я поднялась с койки, полная решимости не только изображать рвение, но и зарекомендовать себя как хороший агент.
Пусть это займет время и возможность подобраться к сенатору появится не сразу – сначала меня будут проверять, давая лишь несерьезные тестовые задания, – но рано или поздно он расслабится.
– И что тебя сподвигло? – ухмыльнулся Гримм.
– Непреодолимая жажда наживы и желание поработить мир.
– И просмотр видео, конечно же, ни при чем? – Он достал из кармана ключ, но не спешил открывать дверь.
А ведь Гримм специально дал мне увидеть записи, неожиданно поняла я. Это было умно – сыграть на любопытстве и чувстве долга, чтобы заинтересовать в сотрудничестве. Но совершенно нелогично! Зачем сохранять жизнь агенту, который представляет опасность? Да еще и давать доступ к компрометирующей информации? Откуда у Спейда взялась уверенность, что я не предам его при первой возможности?
– Сенатор подстраховался на случай, если ты решишь наделать глупостей, – широко улыбнулся Гримм, словно прочитав мои мысли. И пояснил, не дожидаясь вопроса: – Твоим куратором буду я.
– Неужели? Какой мощный гарант безопасности!
– Хочешь чего-то посерьезнее? – Он вернулся к столу. – Тогда наслаждайся зрелищем.
Гримм открыл ноутбук, развернул ко мне и одна за другой начал перелистывать фотографии – скриншоты видеозаписи. Едва я увидела первую, как в животе шевельнулся знакомый холодок. На экране была хроника
Качество изображения было посредственным, но и его достаточно, чтобы установить портретное сходство.
– Откроешь рот – сядешь за убийство. – Гримм вернулся к решетке. – Пулю не извлекали, и при необходимости сюда перевезут и труп, и винтовку.
– Видеозапись – доказательство существования «Руна», – идя ко дну, я цеплялась за последний весомый аргумент. – Сомневаюсь, что сенатор решит ее обнародовать.
– Снимали с четырех точек. Подобрать ракурс, чтобы остальных не было в кадре, – сущий пустяк.
Они действительно подготовились. Без опознавательных знаков на местности невозможно определить страну, где сделана видеозапись. Да этого и не потребуется – обвинению хватит анализа пули и моих отпечатков пальцев на винтовке.
– Хочешь или нет – придется работать на него. – Гримм, наконец, открыл дверь. – А я прослежу за каждым твоим шагом.
Он слишком самоуверен. Когда-нибудь я сыграю на этой слабости. Невозможно контролировать объект двадцать четыре часа в сутки. Но я рано иронизировала и строила планы – куратор шел в комплекте со специальным браслетом с датчиком слежения.
– Снимать запрещено, – пояснил он, защелкивая замок на моем запястье. – Вскрывать запрещено. Глушить сигнал…
– Не утруждайся, я в состоянии провести аналогию.
– Первые полгода доступ к оружию и средствам связи будет ограничен, – не реагируя на иронию, продолжил инструктаж Гримм. – Ты переедешь в другую квартиру, но из старой можешь забрать все необходимые вещи, за исключением попадающих под запрет.
Наверняка жилье оборудовано видеокамерами. Хотя после России мне не привыкать.
– Все выполненные задания, даже простейшие тестовые, будут подробно разбираться на предмет ошибок.
