Обычная средняя школа и рядовой институт Народного Хозяйства выпустили незаурядного специалиста с изворотливым умом и цепкой памятью. Наверное, в детстве любимым развлечением мальчика были конструкторы, потому что, повзрослев, он демонстрировал навык достраивать гипотезу, услышав лишь три первых предложения. Частенько достроенные любителем головоломок схемы были стройнее и экономичнее предлагаемых вначале. Со студенческой скамьи Марик примерял так и эдак шкуру предпринимателя, пускался в мясные проекты, просчитывал рентабельность инкубаторов, инвестировал в торговлю игрушками, но ни на день не отвлекался от банковской работы. Банк был стволом, а поиск дополнительного дохода – ветками, по которым мозг и ноги гуляли после основной работы. Он никогда не останавливался на достигнутом: знакомство с клиентом перерастало в дружбу, а консультация – в партнерство. В нем души не чаяли бабушки всех мастей; отвергая услуги заботливых операционистов и кассиров, посеребренные леди требовали личной аудиенции моего заместителя, как будто он исполняет обязанности председателя правления.
До встречи с вашей покорной слугой Марат по три года отсидел в двух банках, где реактивным двигателем взмывал вверх его профессионализм, и косолапой черепахой со скрипом двигалась телега карьеры вкупе с зарплатой. Проработав три года с отвоеванным в итоге переговоров ценным сотрудником, я убедилась в креативности и исполнительности этого парня. 28-летний чувак невысокого роста с подвижным широкоскулым лицом и аккуратной школьной стрижкой производил впечатление отличника-книголюба. Мало кто догадывался, что за ботанической внешностью скрывалась бомба. Просрочки клиентов он воспринимал как личное оскорбление, а их успехам радовался, как выигрышу в лотерею. Непременное присутствие рядом Марика меня порядком разленило: стоило сказать одну фразу, и он заканчивал весь абзац. Не успевала очередная трудоспособная мысль посетить мою светлую голову, а зам уже закатал рукава и претворил ее в жизнь. Если бы моя руководящая позиция вдруг освободилась, у него был верный шанс получить повышение. Но как бы больно ни били нас крутые повороты банковской карьеры, все искушения сыграть в команде противника раскалывались вдребезги о гранитную преданность.
Мой Санчо Панса отличался громким голосом. Все сверхлимитные проекты, где требовалось спорить и доказывать на кредитном комитете головного банка, передавались ему. Если не сможет убедить, то уж наверняка перекричит. И вправду, никогда не было сбоев. Проект Джона тоже, к слову, защищал Марат, и принес нам замечательное одобрение на 1 500 000 долларов, которые были крайне нужны для успешного стартапа.
Объяснение с замом прошло, как всегда, деловито и конструктивно, что свойственно привыкшим понимать друг друга с полуслова. Он безмерно радовался в душе, но по-мужски скрывал ненужные внешние проявления. Только выразил готовность переехать в офис, если потребуется, и работать по 24 часа в сутки. Говорить о том, что мы покидаем банк, было ещё слишком рано: предстояло наладить реальную “живую” работу, и не было никакой уверенности, что работодатели в последний момент не найдут очередных более покладистых исполнителей или просто тех, кому работа нужнее.
Мы с Маратом двигались по пути построения светлого коммерческого будущего. Движение проходило по следующему графику: до обеда он едет в МФО под предлогом выезда к клиенту, а я прикрываю его в банке, а после обеда мы меняемся местами. К сожалению, не всегда удавалось осуществить задуманное, поэтому иногда мне приходилось наведываться на будущий трудовой пост поздно вечером после завершения банковского рабочего дня.
Нетрудная работа быстро завершилась: шаблоны договоров и прочей документации просто взяли из имеющейся банковской и поменяли названия. С цифрами дело обстояло не так весело. В банке все кредитные продукты колебались по ставкам от 12% до 16 % годовых. Рассчитав рентабельность и проанализировав новый для нас рынок, пришлось сделать неутешительный вывод: в микрофинансовом секторе размещаться придется не меньше, чем под 27%. Отпетой кредитчице потребовалось не менее трёх бессонных ночей, чтобы принять этот факт. Я меняла формулу и переписывала показания справа налево и снизу вверх, но итог оставался тем же. Если кредитовать дешевле – никакой прибыли не получим. К тому же, на этой планке работали конкуренты. Серьезный удар обрушился на грандиозные планы под тем или иным предлогом переманить в МФО банковских клиентов. Я точно знала соискателей, которые согласятся платить на 3% – 5 % больше взамен на индивидуальные условия по срокам, залогам, гибким графикам. Но одно дело 3% или 5%, а совсем другое – сразу 10% или 12%. Однако, делать нечего, нужно было поэкспериментировать.
