Я умер и попал в… Нет не так, я удосужился аудиенции у самой Смерти. Хитрая бестия с Косой вернула меня к жизни, но при условии, что буду приносить ей головы тех, кто попытался увернуться от ее руки. Обещала, что окажусь в теле одаренного, а в итоге…Мне теперь что, подать жалобу в канцелярию Высших Сущностей?Как выяснилось, не все так страшно. Дар пробудился, да только не такой, как ожидалось…Не успел обуркаться в новом теле и привыкнуть к родственникам, как отца и брата убили, а на меня повесили "всех собак" и даже замуровали в склепе. Ха, смешно. Меня, в склепе? Того, кто на "ты" с самой Смертью! Ничего, скоро мои обидчики заплатят за все сполна. Я докажу свою невиновность, встану во главе рода, а еще удовлетворю кое-какие амбиции, по пути скашивая головы тем, на кого укажет моя загробная работодательница.
Наш разговор с Понфирьевым так ни к чему и не привел. Промурыжив меня три часа и не придя ни к какому результату, он устало махнул рукой и отправил меня в камеру.
Зайдя в небольшое помещение размером три на четыре метра, с с облегчением выдохнул, поняв, что попал в одиночку.
У задней стенки стоял унитаз с покосившимся бачком, рядом на стене была присобачена небольшая железная раковина, а сбоку стояла узкая кровать. Скомканная подушка, неровный матрас в засохших разводах подозрительно желтого цвета и тонкое заскорузлое одеяло – заставили поморщиться от раздражения и начавшей обуревать злости. Пришлось сосредоточиться и отогнать ее прочь.
Рассудок должен оставаться холодным.
Эмоции мешали думать, а мне сейчас необходимо было как следует все обмозговать.
Покосился на грязное одеяло и в очередной раз поморщился.
Делать нечего, не сидеть же на холодном полу, не хватало еще яйца отморозить. К слову, температура в камере была довольно низкой. Не сказал бы, что холодно, скорее промозгло.
Пришлось усаживать задницу на то, что было.
Переживу, не смертельно.
Только собирался разложить по полочкам состоявшийся разговор, как услышал знакомое:
– Пи-пи-пи.
– Аж вы мои хорошие! Откуда только взялись? – с удивлением уставился я на мелких зомбаков.
– Пи-пи-пи, – еще раз радостно повторили крысюки, и смешно засеменив лапами, подбежали ко мне.
– Ла-а-а-дно… – протянул я, – И что с вами делать? Где вы вообще были все это время?
– Пи-пи-пи, – раздалось в ответ.
Хрен поймешь, что зомбаки пытались до меня донести, я просто был рад их видеть. Пусть нежить, зато теперь не один, к тому же, они могли разведать обстановку и в случае непредвиденного исхода, вывести меня на волю наименее опасным способом.
Будь здесь настоящий обученный некромант, то, наверняка, смог бы получить от зомбаков необходимые образы, выяснить, где они пропадали, что делали, и что видели. Я же такими талантами не обладал, впрочем, это к лучшему, не хватало еще, чтобы меня обвинили в использовании запрещенных искусств.
– Залезайте пока под кровать и сидите там, нечего тут отсвечивать.
Я уже осмотрел камеру внутренним зрением и пришел к выводу, что наблюдение за мной не установили.
Зачем, если я заперт на все запоры, нахожусь в антимагических кандалах, а стены моей тюрьмы полностью обвешаны плетениями, блокирующими любые попытки выбраться наружу.
Посадили зверя в клетку, да только сами не поняли, что захоти я отсюда выбраться, ушел бы в любую минуту.
Со стороны коридора послышались шаги и громкие голоса, а затем, раздался лязг ключей.
Щелчок, еще щелчок, поворот ручки и дверь отворилась.
Двое дежурных охранников вошли внутрь.
– Давайте, Ваше Сиятельство, подымайте ваш благородный зад.
– Зачем? – произнес не пошевелившись.
– Подымайся!
– Куда вы меня? Снова на допрос?
– Не твоего ума дело. Куда надо, туда и пойдешь.
– Ну, это мы еще посмотрим.
– Не пойдешь, потащим силой. Без магии, думаю, ты не такой борзый окажешься.
– Хотите проверить? – нагло усмехнулся.
– Симон, прекращай, – обратился к напарнику второй охранник, – Приказ у нас. В другую камеру вас определять будем.
– Зачем? – опять повторил я.
– Зачем-зачем-зачем? Что ты заладил как попугай? Пошевеливайся, иначе пожалеешь!
Лениво поднялся на ноги, потянулся не торопясь, одновременно с этим пытаясь понять, что за нахрен тут происходит.
Как-то подозрительно все выглядело на мой взгляд. Интуиция просто вопила, что здесь что-то не так.
– А кто дал распоряжении на мой перевод?
– Вот же зануда, – проворчал охранник, – Следователь, кто же еще?
– А который?
– Ну тот…
– Что значит который? – чуть ли не заорал Симон, перебивая своего напарника, – Тот, который ведет твое дело.
– Хм-м, – задумчиво постучал пальцем по подбородку и соврал, не моргнув глазом, – Так их же двое.
– Что двое? – воскликнули хором охранники, уставившись на меня в изумлении, жаль, что оно длилось недолго.
А вообще, было забавно наблюдать за их ошарашенными рожами. Именно по их удивленным физиономиям я догадался, что они не были в курсе, кто именно занимался расследованием, а значит, действовали по указке кого-то другого.
Еще одно действующее лицо, собирающееся убрать меня с шахматной доски.
Ладно, посмотрим, что для меня подготовили.
Скорее всего, ни в какую камеру меня не поведут, протащат по тайному ходу (наверняка тут такие имеются) и попытаются грохнуть, а затем, прикопать по-тихому.
Симон, видя, что я не тороплюсь выходить, начал формировать плетение, собираясь испробовать воздушную плеть, чтобы тем самым придать мне ускорения.
На лице охранника застыла гаденькая улыбка. Мне сразу захотелось вмазать по ней кулаком. Да так, чтобы выщелкать все зубы, тогда надолго перестал бы улыбаться, пока новые не вырастил.
Не стал дожидаться активации заклинания. Пороть себя какому-то ушлепку я позволять не собирался, поэтому поднял руки в жесте капитуляции и дал вывести себя из камеры.
Ублюдочному Симону моя покладистость не понравилась. Он явно вознамерился опробовать на мне свои заклинания, а тут такой облом.
