Договорив, Густав выключил диктофон и стал приводить себя и свою кухню в порядок. Взмах руки – и вот стены сияют первозданной чистотой и обоями с мишками, еще один взмах – и из пепла вырастают мебель и бытовая техника.
– Что здесь произошло? – дверь приоткрылась, и из-за неё на кухню заглянула голова Офис.
– Эксперимент вышел из-под контроля, – отмахнулся Густав.
– Как с разумными деревьями? – спросила Офис, заходя на кухню и подозрительно косясь на холодильник.
– Нет, не как с энтами, – поморщился Густав, вспоминая одну из своих первых попыток создать разумную жизнь. И результат этой попытки был единственным, уничтоженным не им, а Великим Красным. Эти глупые деревья смогли поймать этого дракона и спеленать в лучших традициях того, что сейчас называют хентаем с тентаклями. Конец был немного предсказуем.
– Энты были хорошими, они могли победить Красного. Тебе нужно их создать снова, – сказала Офис, пододвигая стул к холодильнику и ставя на него пустую банку из-под печенья, – Я, закончила.
– Не, энтов нельзя, женское население их не оценит, а если оценит – будет недовольно мужское население. И какая это банка по счёту? – спросил Густав, глянув в сторону Офис.
– Третья.
– Тогда до послезавтра печенек не будет.
– Это из-за того взрыва? Зачем ты его устроил?! – обиженным голосом проговорила Офис.
– Я хотел попробовать сварить зелья, которые попросил Цао Цао. Но теперь я склоняюсь к мысли, что проще благословить какую-нибудь ослиную мочу.
– Почему именно её?
– Раньше её глушили вместо дешевого пива. И ведь умудрялись напиваться.
– Понятно, – пробормотала Офис, подозрительно косясь на Бога.
– Эй, ты не думай! Я в то время употреблял остатки «Златого Огня» атлантов, если был повод. Всё, не хочу больше экспериментировать, – сказал Густав, налив в десять флакончиков воды из-под крана, – Трах-тибидох, – махнув над флаконами рукой, пробормотал он.
Вода во флаконах засветилась и приобрела золотистый цвет, в котором плясало множество светящихся искорок. Удовлетворённо хмыкнув, Густав закрыл крышки и убрал флаконы в коробку, на которой маркером написал «Удача».
– Так, теперь надо продумать, как при помощи зелья добиться смены облика, не залезая при этом в Небесную Систему.
– А если не получится? – заинтересованно спросила Офис.
– Тогда скажу, что ингредиенты не подошли. А для верности взорву пару соседних кварталов, мол, это результаты эксперимента.
– Демоны, – напомнила Офис.
– Они смылись в Преисподнюю. Вот только мне интересно, кто придумал поезд, который телепортируется из мира людей в Преисподнюю за пару секунд, а потом часа четыре трясёт своих пассажиров, развлекая их видами из интерактивных окон с функцией полного погружения.
– Зачем тебе это?
– Хочу пожать тому созданию руку. Так безнаказанно троллить всех – это шедевр.
– Время, – произнесла Офис.
– Что, время?
– Тебе пора на работу.
– Да? – переспросил Густав, взглянув на часы, – О, точно. Так, тебе что-нибудь принести?
– Сорок пирожных «Фландре». И интернет.
– Нет проблем, но интернет я тебе не включу.
– Я, нуждаюсь в нём, – сказала Офис, жалобно смотря на Густава.
– Нет, – ответил Бог, находя выражение лица Офис очень милым.
– Мне очень нужен интернет, – продолжая пытаться давить на жалость, проговорила Офис.
– Ладно, у меня нет времени спорить с тобой, будет тебе интернет, – махнул рукой Густав, мысленно блокируя доступ со своего компьютера к миру порносайтов.
– Я, рада этому, – повеселев, сказала Офис.
Тот же день, вечер, задний двор кафе «Вавилон».
– Вавилон – ловятся души дьявольским тортом, – пропел Густав, выходя из служебного входа с небольшой коробочкой пирожных в руке, – А тортики-то хороши получились, – понюхав коробку, добавил он.
– Добрый вечер, Мольтке-кун, – поздоровалась с ним Серафалл, приветливо улыбаясь.
– Эм… Левиа-чан? – спросил Густав.
– О, ты меня узнал. Я рада, – обрадовалась Серафалл.
– Какое поразительное изменение образа, – изображая удивление, проговорил Густав, – Тебя прямо не узнать, Левиа-чан. Поразительно.
– Меня зовут Серафалл Шитори, – продолжая улыбаться, сказала Серафалл.
– Значит ты не просто так похожа на Кайчо-сан, – сделал вывод Густав.
– Она моя младшая сестра.
– У меня с ней ничего нет, – поспешно сказал Густав.
– Если бы у тебя что-то было с моей Соночкой, я бы с тобой разговаривала по-другому, – погрозив Густаву пальцем, сказала Серафалл.
– Опасная ситуация, – задумчиво протянул Густав, – чтобы я ни сказал, это было бы равносильно прыжкам на противопехотной мине.
– Правильно, – кивнула Серафалл, – Не составишь завтра вечером мне компанию?
– Моему кумиру – да с радостью! – искренне обрадовался Густав, ибо несмотря на демоническую природу Серафалл её телешоу он любил.
– Ура, – воскликнула Серафалл, подпрыгнув и показав небу жест «победа», что смотрелось довольно нелепо, учитывая одежду из гардероба суровой бизнес-леди, у которой карьера на первом месте, – Завтра буду ждать здесь же в это же время.
