– Это метафора, – сказал Густав, проигнорировав тихое «Бака-красный» из уст Офис, – Я знаю, почему рядом со мной Офис, но ты-то зачем пришла?
– Говорю же, мне стало скучно, – вздохнула Дракон Иллюзий, сев на свободный стул.
– Допустим. Почему тогда на тебе школьная форма? – спросил Густав.
– Я хочу учиться в Академии Куо! – улыбаясь, заявила Великая Красная.
– Ты совсем… того? – спросил Густав.
– Чего «того»? – переспросила Апокалиптика.
– Рехнулась, – подсказала Офис.
– Нет. Просто в школе весело, – счастливо ответила Апокалиптика, – Там учатся демоны, ангел, преподаёт падший ангел. Не говоря уже о том, что туда тайно ходит Библейский Бог. Это же здорово! ЭЙ, ОФИС-ЧАН! ПРЕКРАТИ! – воскликнула она, когда с громким шлепком ей в лоб влетел кусок сала.
– Ты, говоришь бред, – сказала Офис, достав из сковородки ещё один кусок сала и швырнув его в сестру.
– Творец-чан, Офис меня обижает, – разрыдалась Великая Красная, спрятавшись за Густава.
– Офис, за такое ты останешься без завтрака, – сказал Густав, и Офис вновь оказалась на стуле, застыв как изваяние, – Вот так и сиди. Апокалиптика, ты хоть понимаешь, что стоит тебе выйти из моей квартиры, как тебя почувствуют все, кому не лень, и в Куо слетятся целые делегации, начиная от феечек, и заканчивая мифологиями. И все мои старания по маскировке полетят в тартарары, а этого я допустить не могу.
– Да? А почему? – спросила Великая Красная.
– Потому что это очень странно, что сильнейшее существо во вселенной ходит в школу. Сазекс Люцифер и Серафалл Левиафан в припадках биться будут, и это будет только началом.
– Но ты же ходишь, – указала на Густава Великая Красная.
– Я маскируюсь. А ты даже не знаешь, что такое маскировка.
– Я знаю, что такое маскировка. Это когда нужно обмазаться грязью и нацепить на себя веточки.
– Хе-хе-хе, Красная дура, – проговорила Офис.
– Творец-чан, помоги мне, – с щенячьими глазами взмолилась Великая Красная, – Пожалуйста! В школе же интересно.
– Я, тоже буду ходить в школу, если туда пойдёт это красное недоразумение! – заявила Офис.
– А плевать, будет вам школа. Осталось только сделать вам специальные фенечки для маскировки и внести вас в милису.
– Куда-куда нас внести? – переспросила Великая Красная.
– В Мировую Линию Судеб, сокращённо – МиЛиСу, – ответил Густав.
– Глупое название, – произнесла Апокалиптика.
– Я, согласна с Красным, – кивнула Офис.
– Во всяком случае, это лучше, чем «Клинок Пылающей Сияющей Ауры Тьмы» или «Пылающий Сияющий Аурой Тьмы Генерал-Губернатор».
– Каков отец – таков и сын, – сказала Великая Красная.
– Вы мне так дороги. Обе, – сказал Густав, воткнув нож в сковородку.
– Ты, испортил еду, – подсказала Густаву Офис.
– Всё из-за вас!
Первый день второго семестра, Академия Куо.
– Класс, сегодня к нам переводятся трое новых учеников, – произнёс учитель, поворачиваясь к трём девушкам, стоявшим возле доски.
– Всем привет, меня зовут Шидоу Ирина. Ребята, пожалуйста, позаботьтесь обо мне, – представилась девушка с каштановыми волосами, заплетёнными в два хвостика по бокам.
«Апокалиптика и во снах Михаеля полазила?» – удивлённо подумал Густав, чувствуя в Ирине ауру ангела и одного из Экскалибуров.
– Офелия Шарнхорст, рада знакомству, – сказала вторая девушка, сохраняя равнодушное выражение лица. Она была такого же роста, как и Ирина, но имела чуть более скромную фигуру и длинные чёрные, как ночь, волосы, которые свободно спадали за спину.
– Приветик! Меня зовут Камелия Гнайзенау. Рада познакомиться со всеми вами, – радостно улыбнулась третья девушка с тёмно-красными волосами до плеч, с двумя хвостиками по бокам головы, перевязанными жёлтыми бантиками.
– Восхитительно, как и сказала Кирью, – обрадованно вздохнул Матсуда.
– Гнайзенау-сама обладает самой лучшей фигурой среди второклассниц, – держа очки, словно бинокль, проговорил Мотохама, – Она – само совершенство.
– О, Иссей, так мы в одном классе?! – разглядев пешку Гремори, радостно проговорила Ирина, помахав парню рукой.
– Иссей, тварь, вы знакомы? – зарычал на друга Матсуда.
– Хёдо Иссей – мой друг детства, – ответила за Иссея Ирина, послав парню воздушный поцелуй.
– Мольтке-чан! Слава Богу, мы с тобой в одном классе, – подпрыгивая на месте, воскликнула Камелия.
В этот момент Иссей, Зеновия и Асия почувствовали себя так, словно им на голову одели стальную кастрюлю и несколько раз ударили по ней чугунной сковородкой.
– Хёдо, с тобой всё в порядке? – обеспокоенно спросил учитель, когда Иссей застонал и свалился со стула, держась за голову.
– Сенсей, я отведу его в медпункт! – обеспокоенно проговорила Зеновия, вставая с места.
– Хорошо, Кватра-сан.
– Засранец, о нём беспокоится такая красотка, – с нотками зависти проговорил Матсуда.
– Сам-то не лучше. И тебе Кусаджиши-сама не простит заглядываний на других, – ехидно прошептал другу Мотохама.
– Плевать, она меня поймёт, когда узнает, что у нас в классе есть два парня с гаремами, – стрельнув глазами в уходящего Иссея и спокойного, как удав, Мольтке, с которого не сводили взгляда две новеньких, сказал Матсуда.
– Не говори, – согласился с другом Мотохама.
