Когда вернулась, Нагив стоял рядом с тем местом, где я его оставила. Он так задумался, что даже не заметил меня. Или не захотел заметить? Не знаю. Но я почему-то остановилась в нескольких метрах от даймона, любуясь статной фигурой и невидимой, но явственно ощущаемой аурой мужественности, окружающей его. Пару минут просто смотрела, пытаясь разобраться в себе и своих чувствах. Пустое. Сердце не собиралось вдаваться в объяснения и просто тянулось к Нагиву. Именно к нему и только.
- Лена? - Обернувшись, вопросительно протянул он.
Я шагнула вперёд, понимая, что сейчас сделаю глупость, но сдерживаться не было ни сил, ни желания. Подойдя вплотную к проклятью, протянула руки и, обняв за шею, чуть наклонила его голову к себе. Встала на корень, где мы сидели совсем недавно, и нежно поцеловала тёплые губы синеглазого даймона. Наваждения... Проклятья... Любимого...
Очнулась только тогда, когда начала задыхаться. Нагив умудрялся одновременно и держать меня на весу, прижимая к себе так, будто не хотел позволить даже воздуху встать между нами, и целовать, и гладить под курткой всё что только можно и... Это сумасшествие! Моё сумасшествие... И, кажется, всё-таки и его тоже.
Умом, вернее той его крохотной частичкой, что ещё продолжала функционировать, я понимала, что не место и не время позволять себе такое. Но всё остальное: тело, душа, сердце - убеждали в обратном. Меня в буквальном смысле трясло от почти невыносимого желания.
Мне уже далеко не двадцать и я отнюдь не невинная девочка, но ничего даже отдаленно похожего на то, что сейчас заставляло, дрожа, отзываться каждой клеточкой тела на любое касание Нагива, я не испытывала никогда. То, что прежде считала страстью, ничуть не походило на эту почти болезненную жажду принадлежности друг другу. Я чувствовала, что и он почти захлёбывается этим безумством. Что и он забыл, где мы и кто мы...
Наверное, только поэтому у меня хватило сил остановиться. Слишком безудержно прекрасно было нам вместе, чтобы позволить себе и ему риск потерять этот рай на двоих. Слишком рано. Слишком...
Прокусив до крови губу, я почти заскулила, отталкивая даймона. Прекрасно понимала, что поддаться соблазну сейчас, это тоже самое, что отказаться от и без того не слишком богатых шансов на победу, и, всё равно, чувствовала себя дурой, упускающей своё счастье. Эйфория от близости любимого и разгорячённое тело играли против доводов рассудка. Если бы большую часть сознательной жизни именно разум и соображения целесообразности не стояли во главе всего, что делала, вряд ли их хватило бы чтоб справиться с захлестнувшим безумием страсти.
А так, из последних сил сопротивляясь самой себе, умудрилась как-то просунуть руки между двумя половинками одной души и рывком вывернулась их объятий даймона. О том, чтобы удержать равновесие не могло быть и речи. Вспомнить бы как дышать...
Упав филейной частью на мокрую хвою, я, хрипло дыша, попыталась унять бешено колотящееся в сердце, уговаривая себя оставаться на месте. Последнее было очень актуально, потому что больше всего хотелось плюнуть на всё и зацеловать Нагива до бессознательного состояния. И не только зацеловать....
А он подался вперёд, явно не понимая, что произошло и чёрт его знает смогла бы я устоять под гнётом искрящейся страстью синевы, если бы не грозный оклик Валена, прозвучавший как гром среди ясного неба.
- Что здесь происходит? - Зарычал блондин так, что, показалось, деревья вокруг вздрогнули от мощи его голоса. - Чем она тебе опять не угодила?! Я уже начинаю сомневаться в том, что авантюра с Венцом вообще имеет смысл.
Я успела заметить растерянность в глазах любимого, до того как она сменилась лютой злостью, и моё проклятье, не глядя на Валена, стремительно скрылось в лесу. Ничего себе! А при чём тут Венец?! Опять я ничего не понимаю...
- Лена, ты как? - Встревоженно позвал меня спаситель, опускаясь на корточки. - Ничего не болит?
- Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу. - Буркнула я мрачно, поднимаясь.
И самое обидное, что в этот раз сама виновата. Какого чёрта позволила себе такую глупость? Знала ведь, что ни к чему хорошему это не приведёт. Но разгорячённая кровь ещё пульсировала в венах, яростно опровергая доводы логики. Хорошо - это слабо сказано. Быть с Нагивом оказалось невообразимо уместно, до одурения жарко и так прекрасно, что и сейчас я едва стояла на ногах.
- Всё нормально. - Произнесла я, убеждая не столько обеспокоенного пуще прежнего даймона, сколько себя саму. - Небольшое недоразумение и не более того.
- Ты уверена? - Явно не поверив ни единому слову, протянул тот, подозрительно прищурившись.
- Вполне. - Кивнула, чувствуя как медленно, но неотвратимо начинают намокать тряпки, доселе служившие неплохим заменителем обычной обуви. - Пойдём к костру. Я замёрзла и есть хочу.
