Свободы она хочет. Наивная. Где ж её на всех взять? Чтобы у одного появилась свобода, тысячи других должны пахать с утра до вечера, в том числе и её отец. Право на свободу надо сначала заслужить, а потом каждый день отстаивать. У меня до сих пор не получается, вот, сижу, уговариваю малолетку мне помочь, как будто мне больше делать нечего. Попытаться объяснить?
— Мира, представь, что тебя отравили. Но ты не умерла, а заснула вечным сном. Родственики и друзья поплакали, положили тебя в склеп и забыли. Проходят годы, десятилетия, столетия. А через тысячу лет ты вдруг очнулась. Вышла из склепа, и увидела, что твой дворец разрушен, город называется по другому и там живут люди, говорящие на неизвестном тебе языке. Твоя одежда давно истлела, у тебя нет ни денег ни знакомых, к кому бы ты могла обратиться. Зато ты никому ничего не должна. Это свобода?
— Не пропаду — буркнула.
— Станешь послушной рабыней? — подначил.
— Я магиня!
— Ничего не умеешь. Стукнут по голове, выжгут, и всё. Здравствуй любимый хозяин.
Надулась.
— Или лучше жить, как прежде? Быть принцессой, наряжаться, капризничать и приказывать?
— Знаешь, что! — разозлилась.
— Что?
— Не буду я тебе помогать! Отправь меня обратно, немедленно!
Отправил вместе с халатом. На память. Мда, Галя в своём репертуаре, в очередной раз отыскала себе проблемы на пустом месте. Да и пошла бы она. Мира, в смысле. Не собираюсь я за ней бегать и сопельки вытирать. Не пропаду, выражаясь её же словами.
Тоже вернулся в явь, размышляя, что вариант с запугиванием короля внезапно сильно прибавил в привлекательности. И принцессу следует запугать, ха. А чего я, правда, распереживался? Покажу им кузькину мать, если на академию попрут. Как хвост подожмут, вот тогда и можно будет подумать о переговорах на равных. А сейчас пора спать. Хотя ну очень сильно хочется пойти в спальню короля и набить ему морду. За отвратительное воспитание дочери, главным образом. Да, за это особенно.
Заснул поздно, разозлила меня эта принцесска. Разбудила Китара, они с Пелэс уже успели сходить за продуктами и приготовить завтрак. И горели желанием поделиться новостями. За ночь и уже рано утром в академию заявились сотни магов и продолжают прибывать. Все готовы поддержать требования к королю, несмотря на то, что сами работают на корону. Неожиданно.
— Говорят, даже из тайной стражи пришла делегация — возбуждённо излагала услышанное Китара, накрывая на стол — с выражением поддержки и солидарности. Представляешь?!
Я не представлял ни поддержку тайной стражи, ни Китару, расставляющую на столе тарелки. Оба феномена до сих пор считались мною абсолютно невозможными. Но один из них я сейчас наблюдаю собственными глазами. Брежу? Вчера ударился головой и до сих пор не отошёл?
— А из дворца доставили письмо с требованием немедленно прекратить неповиновение и выдать тебя — теперь она накладывала пюре в мою тарелку.
Протёр глаза, тайком ущипнул себя. Не помогло.
— Но в совете только посмеялись, ответ сочиняют.
— Муниципалитет тоже отправил петицию его величеству. А ты всё проспал!
— Короля ещё не объявили низложенным? — осторожно так поинтересовался.
— К тому всё и идёт — не моргнув глазом — Тебе хватит, или добавить?
Офигеть. Командор Нертес был прав во всём, я свергаю династию.
— Спасибо, достаточно. А вы разве не будете завтракать?
— Мы уже поели, пока ты дрых. Всё, нам пора в ректорат, там сейчас начинается общее собрание. Пэл, поторопись!
— Готова давно — проворчала из спальни — Тебя жду.
— А я? — не понял.
— Терпир сказал, что тебе там делать нечего. Не скучай!
Обе ушли, помахав на прощанье. Обалдеть. Или я проснулся в другой реальности, или ещё сплю. А посмотрю-ка, что во дворце творится.
Во дворце все бегали, но как-то бесцельно, броуновское движение. Величество проводило совещание, большинство присутствующих, правда, предпочитало отмалчиваться, только командор егерей постоянно потрясал кулаком и грозно требовал немедленно отправить гвардию на штурм академии. Чаще всего это звучало не совсем к месту, похоже, бедняга немного повредился рассудком.
Свою дочь величество так и не успел допросить, новости из города оказались слишком неожиданными и тревожными. Недовольная Мира сидела в своих покоях и срывала злость на служанках. Похихикал. Оказалась никому не нужна, обидно девочке. Потом глянул, что происходит в столичном муниципалитете. Маги собирались группками, обсуждали происходящее. И из обрывков разговоров я начал понемногу осозновать, что именно произошло.
Совершенно непреднамеренно я ударил по самому слабому месту существующей системы. Это дети магов, хозяев жизни в этом мире. Дети, многие из которых были с рождения обречены на выжигание. Домоклов меч незримо висел над каждым высокопоставленным чиновником, выжигание для мальчиков, наследников семьи, это крест на надеждах их родителей и всех родственников. Несмываемое клеймо неудачника, отсутствие возможности продолжить династию, резкое падение престижа семьи и положения в обществе.
