Прятки, конечно, так себе получаются, кто захочет, тот найдёт. Но в том и прикол, проверяю, кто захочет. В идеале, никто захотеть не должен. Время от времени поглядываю за Сарэн, она сегодня весь день странная, мало с кем общалась, сказалась больной и сидит дома. Завтра вечером навещу, не нравится мне её настроение. Что там ей Карина наговорила? Посмотреть? Не получится Кариночку увидеть и услышать, вот в чём проблема. Может, Сарэн до завтра отойдёт, порасстрашиваю.
Сам не заметил, как задремал. Разбудил меня звук раскрывающейся и затем запираемой на запор двери. Никела, кто ещё. Подошла.
— Двигайся — злой шёпот — Разлёгся тут!
— Девочка, ты зачем сюда пришла? — тоже разозлился — Поругаться хочешь? Я ругаться не собираюсь, возьму тебя за шкирку и отнесу обратно в твою комнату!
— Вернусь! — твёрдо.
— Усыплю — пригрозил.
Помолчали.
— Подвинься, будь человеком — уже в виде почти просьбы.
— Тебе что, мальчиков в академии не хватает? — проворчал, передвигаясь к стенке.
— Они все самовлюблённые дебилы. Миссеар, просто сделай это, и я уйду. Тебе тяжело? Или не стоит? Я знаю, что надо делать, раздевайся.
Если бы не стоял. Так-то не тяжело, конечно. И отказывать сейчас некрасиво будет, получится, что побрезговал. Мда. Но если начнёт за мной бегать…
— А вдруг тебе понравиться?
— Не смеши, не дура. Знаю, что первый раз больно.
— Дождись мужа — проворчал — Он всё сделает.
— До 20 лет ждать? Головой ударился? Раздевайся давай!
Мда. С этой точки зрения, конечно. До 20-ти ждать глупо. Возразить нечего, она явно умнее, чем была я. Но, с другой стороны, замуж будет хотеть, если девственницей останется. С третьей, и выйдет за первого попавшегося, тоже не есть хорошо. Кто эту девственность придумал, вообще? В чём её сакральный смысл? Убила бы весёлого придумщика.
Ошибку совершил, ей понравилось. А теперь, остыв, понимаю, что зря. Но разве было бы лучше, если бы ей стало противно? Не думаю. Лежу, целую её в макушку. Слазить она явно не собирается, но глаза уже раскрыла.
— Я кричала? — шёпотом.
— Никто не слышал — заверил — Отнести тебя домой?
Помолчала, поёрзала попой и отказалась:
— Позже. А почему не больно?
— Я же маг — объяснил — А ты мне нравишься. Зачем делать больно тому, кто нравится?
— Логично — согласилась — А я тебе правда нравлюсь?
— Правда — не смог соврать.
Обняла и через минут пять уснула, прямо на мне. Нормально, да? Теперь если встану, то точно разбужу. Разве что действительно усыпить? Так и поступил. Атлом вогнал в сон поглубже, проверил её комнату, сестра спит. Ну, с богами. Осторожно переложил рядом с собой. Что-то пробурчала, но не проснулась. Ура, можно встать.
Зачем я это сделал? Лежу уже один, и размышляю. Ищу себе оправдания. Наверняка же неприятности на свою голову заработал. Но стало жалко девочку, когда представил её со взрослым нетерпеливым или даже подвыпившим мужиком. Она сильная, ничего особо страшного не случилось бы, знаю. Но всё равно жалко. А мне не трудно, на самом деле, удовольствие получил. Большей частью от наблюдения за её сначала решительной, потом удивлённой, а потом отсутствующей в этом мире мордочкой. Даже придерживать пришлось, так ей понравилось. Но на этом всё, пообещал себе. Дальше сама. Не в том смысле, конечно.
Вопреки моим опасениям, утром возле столовки Никела меня не ждала. Спокойно позавтракал и направился на лекцию по истории магии. Ничего интересного или даже внятного не ожидал, но изредка показываться преподавателям не помешает. Иначе затрахают на экзаменах. Не страшно, но от лишних неприятностей лучше предохраняться. Тем более, что ничем иным полезным заняться пока не представляется возможным. Сарэн ещё в полутрансе, а без неё никаких планов не реализовать. Скорее бы сессия, а потом наступит свобода.
Как и предполагал, вещали про великих магов прошлого, которые за свою безупречную жизнь удостаивались дара всевышнего. В виде случайно встреченного монаха, который награждал их неведомым до тех пор заклинанием. Ну или невинная дева преподносила найденный ею под подушкой рисунок. Или почтенный старец впадал в транс и выпадал из него с новыми знаниями. Или бедная старушка в лохмотьях дарила амулет в благодарность за поданную милостыню. Историй было много разных, но все они сходились в одном: долгая праведная жизнь аскета и безупречное служение государству. А потом раз, и подарок. Самому ничего изобретать не надо, достаточно жить согласно заветам бога. Просто же. И легко запоминается.
Скучал до середины второй пары, пока в аудиторию не вошёл один из почтенных старцев из летописей. Я его сразу узнал. В нарядной рясе, благообразный и смиренный. Так же смиренно попросил у лектора выдать ему Миссеара Смелого, во имя всвышнего и святой инквизиции. Ну а лектор, не колеблясь ни секунды, указал на меня пальцем. Мда. Встал, растерянно улыбнулся. Кажется, скуке конец. Чота даже не очень рад.
Глава 16
Вышел с инквизитором за ворота академии и только тогда поинтересовался:
— А что случилось?
— Обращаться ко мне следует «святой отец» — просветил меня.
— Что случилось, святой отец? — послушно повторил.
