Мы вполне мирно беседовали, и он даже как будто протрезвел. В общем, не казался уже противной свиньей, которой хочется наподдать с ноги. Но заметочку я для себя сделала. На ближайшие тринадцать дней, а дальше все равно никаких продолжений не планировалось.
Допив кофе, я попрощалась и пошла к себе. Разделась, легла в постель и подумала, что каюта у меня действительно очень удачная. Как там насчет качки, пока случая выяснить не представилось, но шума не было точно – ни из машинного отделения, ни от ресторанов и прочих увеселительных зон. Правда, кто-то храпел за стеной, но уж к этому-то мне точно не привыкать.
Спать еще не хотелось, и я залезла в интернет. Сначала почитала про Бруней, мечеть и замок султана, потом открыла воцап. Вика была в сети, и я подробно описала ей все, что произошло после нашей предыдущей переписки.
«Ну мать, ты пошла вразнос, - ответила она, добавив, как обычно, строчку смайликов. – Не влюбись только».
«Да ну, времени не хватит. И не те типажи».
«Ну смотри. Ставлю на шоколадника. Человек-праздник – то, что нужно в отпуске. А не вот это вот все, с ревновашками и прочей хней».
«Ты совсем недавно говорила, что замутила бы с ним. И вчера писала, что он ЫЫЫ», - поддела я.
«Я не знала деталей и подробностей. Если он пьет, ревнует и говорит гадости, такой футбол, Катя, нам не нужен».
С этим я была полностью согласна. Но все же решила дать Борису еще один шанс. Пьеро, Арлекин и Коломбина – это же классика.
Мы с Викой немного поболтали, потом я поставила будильник и уже собиралась спать, когда в дверь постучали.
Очень интересно, подумала я, натягивая вместо халата сарафан. Кого принесло на ночь глядя? Макса? Бориса? Кого-то из рекламщиков? Или, может, просто горничную?
- Who is there?***** – спросила я, подойдя к двери.
----------------------
*(англ.) круто
**la femme fatale (фр.) – роковая женщина
***(англ.) сдаюсь
**** медийные лица, продвигающие бренд в рекламе и в повседневной жизни
*****(англ.) Кто там?
- Привет, - Макс протянул мне большую шоколадку. – Не хочешь погулять? Еще не слишком поздно. На звезды посмотреть. В океане всегда очень красивые звезды. И в воде отражаются.
Надо же, как романтично! На войне любые средства хороши. Почему бы и нет?
- Подожди пару минут.
- Возьми с собой что-нибудь накинуть. Тут хоть и тропики, но ночью на воде может быть прохладно.
- А как ты узнал номер каюты? – спросила я, когда мы уже были на прогулочной палубе.
- Ну, это просто. Ты вышла из лифта на седьмом этаже. Дал маленькую взятку девушке из администрации. Ты единственная Екатерина на этой палубе. Возможно, и на всем лайнере, но такая задача не ставилась. Ты ведь в паспорте Екатерина, да? Если по-русски?
- Да. Хитро. А шоколад с твоей фабрики?
- С моей. Всегда беру с собой несколько плиток. Как сувенир. И визитную карточку. Молочный, с лесным орехом.
Мне больше нравился горький с миндалем, но говорить об этом не стала. Зачем портить человеку настроение?
- Спасибо, Макс. Как раз люблю с орехами.
А картина действительно оказалась великолепной. У нас таких звезд не увидишь даже в ясную ночь. В темноте было не разобрать, где кончается небо и начинается отражающая его вода. Казалось, что плывем в открытом космосе.
- Как красиво! – я аж застонала от восторга. - А можно на самую верхнюю палубу? Чтобы ничего не было над головой?
- Конечно.
Мы поднялись на лифте на последнюю, на пятнадцатую, палубу. Точнее, на одну из двух, отделенных друг от друга бассейном на тринадцатой. Народу там оказалось немало: не только нам пришла в голову мысль полюбоваться звездным небом. Но все же удалось найти уголок, где никого не было.
- Помнишь фильм «Титаник»? – спросила я, вцепившись в перила. – Вот бы тоже так. Встать на самом носу. Чтобы ничего больше не видеть. Только небо и океан.
- Не получится, - покачал головой Макс. – На носу вертолетная площадка, туда не зайти.
Я все равно раскинула руки, и ветровка, которую не надела, а просто набросила на плечи, улетела бы в воду, если бы Макс не успел ее поймать. Вернув ее обратно, он вовсе не спешил убирать руки. Сначала задержал на плечах, потом обнял. Осторожненько так, словно прощупывая реакцию. Ну а вдруг опять потребую, чтобы «hands off». Но я не стала. Надо же как-то вознаградить героя! К тому же не имело смысла отрицать, что это было приятно.
Вот так мы и стояли – молча глядя на океан. Макс обнимал меня за плечи и делал вид, будто просто придерживает ветровку. Чтобы снова не улетела. Но надо было уже как-то из этой застывшей монументальной группы выходить, и он не придумал ничего другого, как поцеловать меня.
И оказалось, что это еще приятнее. Я так давно уже не целовалась с кем-то с волнением новизны. С Димкой все превратилось в скучную рутину, что-то машинальное.
Кто-то закашлялся, пройдя за спиной.
- Может, нам найти такое место, где никого нет? – рука Макса сместилась с талии чуть ниже.