— Слишком просто. Помнишь, что было с посохом? Это для царицы, не менее важный артефакт, и ты думаешь, что такая хитрая особа, как она, просто так возьмет и поставит его в подвале, рядом с запасами провизии. — сказал я вслух свои опасения.
— Тогда, что мы будем делать? — немедленно спросила Ава.
— Прячься! — крикнул я, хватая ее за руку, и затаскивая за гору с какими-то неизвестными мне фруктами.
— Они ведь и так знают, что мы здесь. — сказала она мне.
— И что, это значит, что нужно пойти и немедленно сдаться? Тогда ради чего все это было? Пусть поищут, а я пока подумаю. — сказал я ей, снова как-то злобно.
Я не хотел грубить, но нервы на пределе. Если нас действительно поймают, это будет конец, домой мы уже никогда не вернемся. А если уж рассуждать совсем логически, то и дома-то не будет, потому как, если изменится прошлое, изменится будущее. И неизвестно, каким мир будет, после победы царицы Фейредины.
И удача вновь, второй раз за день, от меня отвернулась. Не успел я нормально подумать, как стражник ткнул мне в щеку копье. Что ж, это конец.
Он что-то сказал на своем родном языке, но я даже не стал заглядывать ему в голову, было и так понятно, что он хотел, что бы мы следовали за ним.
Я встал во весь рост, еще в маленькой надежде на то, что их пара человек и я смогу с ними справится, как и она умерла, их было не меньше трех десятков.
Единственное, что теперь нам оставалось, это быть послушными овечками, это могло хотя бы на несколько часов продлить наши жизни.
Стражники вывели нас из подвала, и из дома в целом. Даже кандалы не надели, впрочем с таким эскортом это излишне, мы никуда не денемся.
Посох, впрочем, у меня отбирать не стали, видимо никто не решился взять такую ценную реликвию. Или есть что-то еще, чего я не знаю.
Нас вели в сторону порта, видимо посадят на корабль и сопроводят до дворца в Каире, где нас уже и так заждалась царица.
Но как оказалось, она нас слишком заждалась, и прибыла на Элефантину сама.
— А ты, оказывается настырный, посланник богов. И тупой еще. — констатировала Фейредина.
Царица подошла вплотную к моему носу, что я кожей ощущал тепло ее дыхания. Она пристально смотрела на меня своими угольно черными глазами, в которых метались молнии.
— Я лишь пытаюсь исполнить свое предназначение. — с привычной мне улыбкой, сказал я.
— Ты, так ничего и не понял. Ты был, лишь моим способом обойти пророчество. Сделай ты все правильно, и если бы не пытался мне перечить, я бы разделила с тобой власть. Ты умен, образован, в тебе кровь богов и ты красив, молод — я бы разделила с тобой свое ложе, и жил бы ты не зная бед. А теперь, ты умрешь. — сказала царица.
Она отошла от меня на несколько шагов, затем повернулась ко мне и громко спросила:
— Где посох Джаралла?
Я был в полнейших непонятках. Что значит, где посох? Я стоял в паре метрах от нее, и держал его в руке. Она просто не могла его не видеть, но тогда почему спрашивает? Я взглянул на Авдотью, у той от изумления округлились глаза, она явно тоже, ничего не понимала.
Так, когда нас поймали стражники, они не отобрали у меня посох, не потому что не смогли взять его, как я подумал ранее, а потому, что не видели его. Теперь, его точно так же не видит эта царица с манией величия. Но при этом, Авдотья его видит прекрасно в моей руке. Что же это такое происходит.
— Ну, говори! Где ты его спрятал? — продолжала реветь Фейредина.
— Что мне будет, если я скажу? — спросил я у нее.
— Я тебя не казню. Будешь жить, но уже рабом, ты потерял право на мою милость. — уже более ласково сказала царица.
— У большой статуи, в Каире. — решил я ей подыграть.
Она немедленно отдала приказ стражникам, и часть из них отплыла на материк. Что ж, теперь хотя бы меньше противников. Но их все равно слишком много, что бы сражаться с ними в одиночку.
Но вопрос по прежнему остался без ответа. Почему я и Ава видим посох, а египтяне нет? Хотя нет, не та постановка вопроса, ведь до этого египтяне его тоже видели. Почему сейчас они его не видят?
И тут до моего сознания начали приходить отголоски догадки. Я наделен силой читать мысли, а с посохом в руках, еще и доносить свои, до голов других людей. Управлять мыслями других людей. Я очень не хотел, что бы посох заметили, и что если я сам того не понимая, заставил всех думать, что его тут нет. Ведь в первый раз, это тоже вышло случайно, когда я на этом не зацикливался. Вот только, раньше моим противником в мысленной баталии был всего лишь один человек, а сейчас несколько десятков.
И как долго продлится этот эффект, неизвестно. как только царица увидит, что посох здесь, она прикончит нас. А я до дрожи боюсь, как не потерять эту связь с посохом.
— Что здесь происходит? — услышал я чужой голос. Да, именно услышал, а не счел из чей-то головы.
