— Да… точно на месте доктор Рейд. Доктор Хоффман, вроде бы, тоже тут. Ну и мы с вами. — Мужчина пожал плечами. — Никого лишнего. Можете… можете продолжать.
— Я уже закончил. Домой собирался ехать. — Майрон вскинул брови. Привычной, въевшейся улыбки не было, от нее не осталось и следа. На лице присутствовала только усталость, в смеси с легким разочарованием. А вот его коллега, что стоял рядом, напротив, дежурно улыбался и качал головой.
— То есть вы вывозите?
— Да. Меня попросили не сорить. — Даглас хитро прищурился. — А что, хотите попросить меня об одолжении?
— Если вывозите, то да, было бы удобно. — Высокий мужчина так же прищурился. — Буду у вас в долгу.
— Ладно. — Майрон с улыбкой прикрыл глаза. — Что там? Как обычно?
— Я присвоил тарам категорию «В», но, если лень возиться, можете сменить на «Б». Не принципиально.
— Не принципиально? — По лицу, все же, поползла нервная улыбка, и Даглас тяжело вздохнул. Коллега-инфекционист жонглировал классами медицинских отходов, как мячиками, и даже относился к ним с некоторым высокомерием. Не то что бы физиотерапевт был образцом правильности и ответственности, но такая халатность раздражала даже его. — Я понял. Ладно. Только у меня есть ответная просьба.
— Да-да? — Молодой человек добродушно зажмурился.
— На днях ко мне на физио пришла девочка. Предполагается, что с Беккером, но это не точно. Тряхните, пожалуйста, лаборатории, чтобы поторопились с её анализами, мне любопытно, что там. А, и еще. Мне бы… хотелось знать, чем были больны её родители. Только вот… она из детского дома. Усыновлений, полагаю, не было. Инвалиды не в фаворе для них. Я скину вам её свидетельство, будьте так добры.
— Ладно. — Инфекционист пожал плечами. — Действительно интересно. Женщина с Беккером… надо же. — Взгляд становился пристальным, и блеснули стекла очков. — И все равно просьба не маленькая. Могу я рассчитывать… на вашу благосклонность ночью?
— Разумеется. — Даглас жутко улыбнулся. — Я не видел вас, вы не видели меня. И в остальном… я не брезгливый. Нужна будет моя помощь — не стесняйтесь.
— Хорошо. — Мужчина, было, хотел еще что-то сказать, однако бросил взгляд на часы и тяжело вздохнул. — Мне нужно возвращаться. Увидимся днем. — Он махнул коллеге рукой, и направился к выходу. Скрипнула металлическая дверь, и раздалась знакомая приглушенная сирена.
— Спокойной ночи, доктор Маэда.
За стеклянными холодильными витринами прятались порезанные торты. Пирожные разных размеров, форм, с мастикой и без. Пахло сахаром, слоеными булочками, которые румяная продавщица перекладывала на деревянных подносах. Шуршали её целлофановые перчатки. Из двух широких окон лился белый свет, который только помогал желтой подсветке. Молодой человек в серой футболке и бежевом плаще ветровочного типа с аппетитом смотрел на весь этот съедобный цветник, и думал. Купить? Не купить? Съесть? Не съесть?
Скрипнула дверь, и в булочную вошли еще двое: темноволосый мужчина с конским хвостом на затылке, и его улыбчивая, миловидная спутница.
Даглас оторвался от разглядываний пирожных, переводя взгляд на новых посетителей. Брови медленно поплыли вверх, а один уголок рта опускался вниз. Врач прищурился. Лиловые глаза, в самом деле. Сколько крови в этих глазах? Может, просто преломление света? Оптическая иллюзия?
Он окинул взглядом гостя с ног до головы, и попытался скрыть ухмылку. Надо же. Мир и вправду тесен, кто бы что не говорил.
— Доброго утречка, мистер Штайнер! — С лучистой улыбкой выдала продавщица, однако тут же чуть сдвинула брови, увидев девушку с короткой стрижкой.
— Доброе, миссис Хорнсби. — Тот кивнул, окинув глазами полки. — Цельнозерновой хлеб, две буханки. Сегодняшний?
— Конечно-конечно, сегодняшний. — Женщина засуетилась. — Как там мисс Фастер? Обещала зайти во вторник, но не было… не болеет?
Врач дернулся.
— Нет… не знаю, почему не зашла. Передумала, может. — Молодой человек сухо пожал плечами, пока продавщица продолжала безотрывно таращиться на его спутницу.
— Ладно. — Миссис Хорнсби медленно кивнула. — Передавайте ей там, что конвертики со сгущенкой теперь и по пятницам привозят. Зайдет, может.
— Передам. — Мужчина со спокойным отчуждением взял из рук продавщицы белый пакет-майку с хлебом, расплатился, и тут же пошел прочь из булочной. — Спасибо, до свидания.
Майрон едва сдерживался, чтобы рот все-таки не расползся в ироничной, кривой ухмылке от уха до уха. Действительно презентабельный. С прямой осанкой, прохладным взглядом. И, казалось, такой правильный, что сводило зубы. Правильный. Хотя, обычно, как раз те, кто так выглядел, являлись полной противоположностью той самой правильности. Доктор ловил себя на предрассудках, но тут же пожимал плечами. В случае с этим человеком они работали.
Мистер Штайнер.
Стал бы такой носить в детский дом еду и подарки какой-то неизвестной девочке, которая к нему прилипла? Почему-то Даглас думал, что нет, хотя знал, что да. Интуиция упорно твердила, мол, такой просто сухо попрощался бы и ушел. Но, если на секунду представить, что все именно так… почему, все же, вернулся?