– Как? Как забуду? – вырывается стоном. – Что Артуру скажу? Это его взбесит.
– Ничего. Переживет. Свой дом для вас купит. Вы же не собираетесь у твоей бабули жить, там и так народу полно.
– Мы конечно будем отдельно жить. Но все равно. Как я признаюсь?
– Спокойно. Да он может и знает уже. Такие вещи не утаишь, а парень твой очень пробивной. Наверняка плотно занялся этим вопросом.
– Значит мне не сказал.
– Да забудь. Ну захотелось Якобу красивый жест сделать. Он всегда таким был. Ненормальным немного.
– Ты точно знаешь, что уехал?
– Знаю, что собирался. Глебу сказал, что здесь ничего уже не держит.
– Когда это было? Когда сказал что уедет?
– М-м-м, кажется, да, точно, когда ты в последний раз приезжала сюда. Помнишь, встречались с тобой, про Артура разговаривали, где его можно найти помимо дома и казино? Ты с ним о доме поговорить собиралась.
Значит, Якоб собрался уехать в тот период, когда я ночь любви Артуру пообещала. Странное совпадение. Неприятный холодок по спине. Знал ли Штаховский, что происходило? Он любил быть в курсе всего. Мог ли об ультиматуме Артура узнать? Да нет, откуда! Это было лишь между нами…
Это все ужасно неприятно, и даже противно. Неужели Якоб дождался информации, что я с Артуром, и только тогда понял, что проиграл? Словно я вещь, на которую играть, спорить, соревноваться можно. Снова.
И как расценивать жест с домом? Что все это значит?
– Ты знаешь, кто папе дом вернул? – напрямую спрашиваю Артура за ужином. Мы договорились не юлить, не скрывать ничего друг от дружки. И я собиралась свято следовать этому правилу.
– Ты уже сделала выбор? – спокойно отвечает Артур, взглядом показывая на меню. Мы в маленьком уютном ресторанчике, неподалеку от квартиры Бурмистрова. Не хотелось ничего готовить и решили заглянуть сюда.
– Салат.
– Я знаю, да. Но раз ты так спрашиваешь, видимо тоже в курсе.
– Нет. – Мотаю головой. – Я не видела его. Наталья рассказала сегодня.
– Что думаешь по этому поводу? – голос Артура абсолютно безэмоционален, но чувствую, что внутри него идет борьба.
– Мне это странно. Неприятно.
– Хочешь увидеть его? Объясниться?
– Нет.
– Хорошо. Я верну ему деньги. И мы все забудем.
Больше ни Артур, ни я эту тему не затрагивали.
Но меня продолжали мучить мысли о Якобе и его странном поступке. Красивый жест или продуманный план? Больше всего я боялась, что это как-то отразится на наших отношениях с Артуром. Правда свадебный переполох – так я называла бурную деятельность Анжелики Бурмистровой, не давал мне много времени на то чтобы изводить себя предположениями.
От энергичной, полной энтузиазма Лисы тоже было трудно отделаться. И Лика, и сестренка поочередно таскали меня по торговым центрам, заставляя смотреть бесконечные витрины с льняными простынями или серванты с фарфором. У меня голова шла кругом… Выбор свадебного платья, аксессуары, обувь, и еще огромное количество мелочей. Я совершенно к такому не готова! Но старалась как могла соответствовать.
Сегодня утром Лисичка снова поволокла меня в ближайший к дому торговый центр, выбирать пляжную одежду. Я никак не могла взять в толк зачем. Пытала сестру пока та не призналась – для свадебного путешествия. Страну, куда полетим так и не выдала. Сказала, что узнаю в самолете. Сюрприз. Ну да, чтобы я вконец извелась от любопытства и волнения.
– Ну зачем мне третья плетеная сумочка? – вздыхаю утомленно. – Уверена, такую можно купить в любом курортном городе, как у нас, так и за границей.
– Не ворчи, а выбирай. Я, между прочим, выполняю указания твоего Принца. И одна из них – для меня. С тебя двух хватит.
– Прошу тебя, давай где-нибудь посидим, кофе попьем, я без сил, – умоляю Лису.
– Потому что по ночам иногда спать надо. У тебя уже круги под глазами, тебе Бурмистров вообще спать дает?
– Иногда, – голос срывается на шепот, а я краснею.
Нет более неподходящего момента, чтобы услышать:
– Привет, Скорос.
Мне не нужно поворачивать голову, чтобы посмотреть кто здоровается. Ни с кем не спутаю этот глубокий голос. Я обещала Артуру что больше не будет встреч. И была полна решимости выполнить это. Но не бежать же сейчас.
– Привет, – отвечаю тихо.
– Я пойду кофе попью, – показывает на соседнее кафе неподалеку Лиса. – Через пятнадцать минут вернусь.
– Немного она нам отмерила, – картинно вздыхает Якоб, опускаясь на стул Лисы напротив меня. – Что, Скорос, у тебя запрет на разговоры со мной? Не сомневаюсь. На месте Принца то же самое сделал бы.
– Хорошо, что ты понимаешь.
– Да-а. Я такой. Понятливый. Удобный. – Ухмылка, но горькая, болезненная. Внутри меня все сжимается в тугой узел.
– Чего ты от меня хочешь? Я виновата. Наверное, не заслуживаю счастья… – едва сдерживаю слезы. Настолько все неожиданно и тяжело оказывается. Все равно что лицом к лицу со своей совестью встретиться.
– Но счастлива? – спрашивает Штаховский, голосом, полностью лишенным выражения.
– Очень.
– Я рад.
– Зачем… – срываюсь на шепот. – Зачем ты дом выкупил? За него ведь непомерную цену заломили.
– И ты ее заплатила?
