Они посидели в ресторане еще около получаса и собрались по домам. Провожая Лизу до машины, Аркадий деликатно придерживал ее за талию, чтобы не поскользнулась на обледенелом асфальте. Выпавший недавно снег растаял, и сразу же ударил мороз, превратив город в сплошной каток.
Лиза пикнула сигнализацией и, взявшись за ручку дверцы, повернулась к кавалеру.
– Спасибо за чудесный вечер.
– С тобой любой вечер чудесный. Даже когда ты задумчивая и отстраненная. – Аркадий помолчал, жадно вглядываясь в лицо своей спутницы. – Можно задать тебе вопрос? Наверное, он прозвучит по-мальчишески… Скажи прямо, у меня есть шанс?
Лизе почудилось, что она перенеслась на несколько лет назад. Стоял такой же поздний вечер, они с друзьями засиделись в кафе, и Макс довел ее до машины. Лиза оперлась о капот и не спешила уезжать. Она начинала испытывать к Джеку новое странное чувство, но еще не отдавала себе в этом отчета. Макс заметил ее подавленность. Привлек к себе и обнял своим крепкими ручищами.
– Давай я расскажу, как люблю тебя, – неожиданно прошептал друг. – Ты в курсе, я не умею говорить красиво и складно, как доктор Джекил. Скажу просто и по существу. Я помню тот день, когда мы познакомились. Ты, наверное, забыла. А я нет. Мы с парнями курили за школой, и вдруг подходит к нам тонкое черноволосое чудо. Глаза сверкают, губы сжаты. И с места в карьер: нужна, мол, помощь, расплачусь без проблем. Я обалдел, если честно. Откуда в таком щуплом маленьком теле могло умещаться столько дерзости и решительности? Я тогда возбудился не на шутку. Хотелось завалить тебя тут же, на школьном дворе. Но как ты помнишь, я сперва выполнил твою просьбу.
Максим говорил и говорил о том, как его бесила и восхищала Лизина независимость. О том, сколько раз он еле сдерживался, чтобы не свернуть ей шею за капризы и бесконечные отказы. О том, как ночами, обнимая жену, он вспоминал наглую Лизкину усмешку.
– Сколько раз ты меня посылала, а? – усмехался Максим. – Но я все равно оставался рядом. Потому что ты особенная, Лизка. Ради тебя я готов наступать себе на горло. Лишь бы тебе было комфортно. Мне нравится, когда ты стебешься. Когда у тебя в глазах пляшут черти, а на губах играет ехидная ухмылка, хочется кинуть к твоим ногам весь этот хренов мир. Только улыбайся.
Она так отчетливо вспомнила тот разговор, что по телу пробежали мурашки. Лицо Максима, его горячее дыхание. Он был таким близким, таким живым. А теперь… Теперь напротив нее стоит другой мужчина, более взрослый, более сдержанный. И спрашивает, есть ли у него шанс. Если он услышит «нет», то оскорбится и исчезнет из ее жизни. Аркадий солидный, мудрый. Он не будет атаковать крепость, которую нереально взять. Аркадия утомил шестимесячный голод, и он захотел получить вразумительный и однозначный ответ. Максим был глупее и отчаяннее. Он терпел годами. И не отступал ни на шаг. Он по-настоящему любил ее.
– Шанс есть всегда, покуда ты не сдаешься, – уклончиво ответила Лиза и потянула дверцу.
Аркадий расплылся в улыбке, воодушевленный ее словами.
– Будь осторожна на дороге. Позвони мне, когда доберешься.
Лиза завела двигатель и резво рванула с места, словно желала как можно скорее оставить позади этого незнакомого, идеального до приторности мужчину…
За окнами мелькали огни, и темная дорога казалась заброшенной взлетной полосой, по которой мчались призраки – такие же неприкаянные, как и Лиза. Неслись навстречу темноте, все быстрей и быстрей, как будто скорость могла спасти от одиночества.
Никита, Полина и Оксана внимательно смотрели на экран телевизора, устроившись на удобном широком диване, купленном Артемом. Большой плоский телевизор он тоже приобрел недавно, и теперь его жилище превратилось в излюбленное место сбора друзей. На полу красовался толстый теплый палас во всю комнату, придававший жилью вид обжитой и уютный. Фильм был интересный, но Артем то и дело отвлекался на мысли о том, как круто изменилась его жизнь за последние полгода. По большому счету он сам до конца не верил в произошедшие перемены. За считаные месяцы из невезучего трейсера-одиночки он превратился в мировую известность – пусть и в узких кругах. Конечно, его не узнавали на улицах и не просили автографы, да и в деньгах он не купался. Но жизнь его вышла на принципиально новый уровень. Свет был счастлив. По-настоящему, без недомолвок. Впервые.
После всероссийского турнира он начал серьезно готовиться к чемпионату мира. Изучал технику и стиль будущих соперников, вычленял их сильные и слабые стороны, чтобы подготовить безупречную оригинальную программу. Удивительно, как быстро он проникся мыслью о возможности победы. Еще недавно бегал по ночам, не имея четких планов на будущее, а теперь всерьез полагал, что при известной доле усердия сможет достойно сразиться за титул лучшего трейсера мира.
