Отпустите их полностью

Один вуз в 2014 году попал в заголовки СМИ, потому что руководство не просто сделало вступительные экзамены необязательными, но и решило вообще не смотреть на баллы. Точка. Это Хэмпширский колледж, расположенный в городе Амхерст в Массачусетсе[306]. В пресс-релизе по поводу такого шага декан по приему и финансовой помощи Мередит Твомбли заявила: «По сути, SAT — это всего лишь один тест в один день данного года. Высокие результаты в учебе, гражданская активность учащегося, рекомендательные письма от наставников и способность показать себя в сочинении важнее, чем то, что может сообщить SAT». Хэмпширский колледж вошел в список Colleges That Change Lives и может похвастаться целым рядом известных выпускников, среди которых главный оператор систем связи Netflix Джонатан Фридланд, режиссер и продюсер документальных фильмов Кен Бернс, ученый-когнитивист Гэри Маркус и актриса, обладательница Оскара Люпита Нионго. В 2014 году в Хэмпширский колледж приняли 70 процентов желающих.

Бард-колледж, расположенный в нескольких часах езды на север от Нью-Йорка в Аннандейле-на-Гудзоне[307], в 2014 году прославился «революционным экспериментом в области приема»[308]. Абитуриентам предоставили выбор: пройти обычную процедуру поступления или написать эссе на 4 из 21 предложенной темы. Во втором случае работу проверяют научные сотрудники колледжа, и если каждое эссе получит оценку четыре с плюсом и выше — «Вы приняты, точка». Никаких стандартизированных тестов, никаких средних баллов в аттестате, никаких раздутых резюме с неискренней волонтерской работой[309].

В статье 2014 года, опубликованной на сайте Slate, Ребекка Шуман называет новый вступительный экзамен в Бард «единственным в стране подлинно альтернативным подходом к приему в элитный вуз»[310]. Шуман считает, что «новая процедура предназначена именно для учеников, которые по тем или иным причинам не смогли втиснуться в адскую клетку совершенства, но, по выражению вице-президента по делам студентов и директора по приему Мэри Баклунд, “по-настоящему любят учиться”, хотя и “не стали суетиться” в старших классах, а вместо этого посвятили себя делам, которые не всегда воспринимаются как связанные с учебой, например музыке, или живописи, или просто чтению». Уровень приема в Бард-колледж в 2014 году составил 38 процентов.

Один из моих любимых примеров элитной школы, которая идет своим путем, — это Университет Тафтса в Медфорде. Надо сказать, что по сравнению с двумя описанными выше колледжами этот вуз находится в другой категории элитности: туда в 2014 году было принято всего 17 процентов абитуриентов. Однако я упомяну о нем именно здесь, потому что это прекрасный образец элитной школы, которая считает результаты тестов лишь одним из элементов целостного процесса приема, а не единственной составляющей всего процесса оценки. «Мы рассматриваем тестирование в более широком контексте», — говорит Ли Коффин, декан по приему на бакалавриат. Я полагаю, что этот подход верен, потому что в 2014 году они приняли моего знакомого — чудесного, умного, трудолюбивого парня из Пало-Альто, которого завернули более высокорейтинговые вузы. Еще Университет Тафтса нравится мне тем, что дает возможность пропустить год перед тем, как приступить к обучению: будущий студент в это время может развить лидерские навыки, повзрослеть и набраться уверенности[311].

Коффина коллеги считают ретроградом. Но пока многие другие деканы разглагольствуют о целостном подходе к приему, Ли делает дело. Большинство руководителей вузов пристально следят за своей позицией в рейтингах U.S. News и пытаются продвинуться вверх в списке, привлекая все больше и больше абитуриентов (даже если 80–95 процентам потом придется отказать). А Ли Коффин считает, что попечительский совет и президент Университета Тафтса отличаются здравомыслием. Когда несколько лет назад его приняли на эту должность, президент сказал: «Я не собираюсь сходить с ума по поводу количества абитуриентов, процента приема и выпуска. Меня больше интересует, чтобы с каждым годом интеллектуальная вовлеченность абитуриентов, которых вы принимаете, была все выше».

С тех пор Ли упорно над этим работает. «Наша первая задача — удостовериться в том, что заявитель достигнет успеха в нашем учебном плане, справится со строгой программой нашего университета». Однако, как в очень многих вузах, 75 процентов из 19 тысяч абитуриентов соответствуют требованиям. Поэтому, говорит мне Ли, следующий этап — поиск качеств, которые отражают основополагающие идеалы Университета Тафтса: внимание к сообществу, стремление внести интеллектуальный вклад в мир, творческое мышление, доброта. «Доброта?» — переспрашиваю я. «Да, — отвечает Ли. — Я не хочу, чтобы на бакалавриате учились роботы-головорезы». Стэнфордский декан по приему и финансовой помощи Ричард Шоу часто высказывался в том же ключе. Чтобы оценить фактор доброты, Ли смотрит далеко за пределы оценок и баллов заявителя.