Ник Картер
Отравители разума
перевел Лев Шкловский в память о погибшем сыне Антоне
Оригинальное название: The Mind Poisoners
Дорога, вырубленная в откосе, представляла собой узкую, извивающуюся в лунном свете ленту из серого бетона, резвую ленту, которая иногда совсем исчезала в клочьях тумана, поднимавшегося с Тихого океана внизу и вдруг сгущавшегося в непроницаемые тучи.
Более чем в 200 милях к северу Сан-Франциско спал из-за ухудшающейся погоды. Далеко на юге была мексиканская граница, и это было их целью. Их было шестеро, и они решили позавтракать там. Не было никаких сомнений, что гладкий, мощный, цвета серый металлик Jag XK-E доставит их туда вовремя. Глубокий рык хорошо настроенного двигателя под длинным капотом дал им это обещание; и дикая, решительная страсть водителя, который тянул превосходного механического зверя через крутые повороты, была их гарантией.
Ей было всего девятнадцать, но она водила мотоциклы и быстрые спортивные машины с четырнадцати, и она была экспертом. Она могла совладать с рычащей под собой лошадиной силой, и ее реакции и суждения были безошибочными, когда толстые черные шины визжали на поворотах, в нескольких дюймах от пропасти к бушующей, бурлящей воде и зазубренным камням внизу.
Четверо сзади снова курили, и тяжелый сладкий запах ударил ей в ноздри. Она рассмеялась себе под нос. Ее взгляд скользнул к тахометру, и она увидела, что на этой короткой прямой двигатель разгоняется до 4000. В нескольких сотнях ярдов произошел крутой левый поворот, и лучи ярких фар «Лукаса» поднялись над шоссе, рассекая темноту далеко над океаном.
Она не замедлилась. Это был внешний поворот, но она знала, на что способна машина.
Парень рядом с ней сонно пробормотал, протянул руку и погладил ее грудь.
Она снова рассмеялась. Чтобы дать им пинка, многого не потребовалось.
Она вдруг заговорила низким голосом, и слова были только для ее собственных ушей. «Дешевое развлечение», — сказала она. «Выпивка, секс и трава. Я думаю, мы должны испытать настоящую сенсацию.
В двух милях от них тащился маленький четырехлетний «Шевроле», а усталый водитель средних лет близоруко вглядывался в дрейфующий туман. Гордон Флешер был аккуратным водителем и ненавидел вождение в темноте в любых условиях. Он говорил с женой раздраженным тоном. Он ехал уже более семи часов и устал еще до того, как стелется морской туман.
— Черт возьми, Луиза, — сказал он, — это безумие. Я знаю, ты хотела увидеть Биг-Сур, но ехать посреди ночи — это чушь собачья. Особенно сейчас.
Жена вздохнула и вынула сигарету изо рта. — Дети хотели… — начала она, но он перебил ее.
— Они спят, — сказал он. «Я слышу, как Бонни храпит, и близнецы уснули сто миль назад. Если я увижу где-нибудь мотель, мы остановимся. Эта чертова дорога даже днем опасна, а с тормозами на этой телеге...
— Хорошо, Горди, — сказала его жена. «Мы останавливаемся там, где вы хотите. Но мы ничего не видели на многие мили, и у меня есть предчувствие, что мы не проедем мимо Кармель. Просто езжай медленно или ненадолго остановись, чтобы отдохнуть».
«По этой дороге? Боже, здесь негде стоять в стороне. Не могли бы вы зажечь для меня сигарету, дорогая? Он молчал, а когда она протянула ему зажженную сигарету, он сказал: — Слава богу, пробок нет. Я мог бы просто использовать это, нет встречного движения.
Когда он закончил фразу, «Шевроле» повернул направо, и он увидел вдалеке фары автомобиля. Через несколько мгновений свет погас, и он прикинул, что встречная машина находилась не менее чем в миле от него. Он понял, что попал в свет фар, когда машина сворачивала, возможно, один или два спуска на север. Инстинктивно он снизил скорость примерно до пятидесяти километров. Одеяло тумана опустилось на него, как гигантская повязка на глаза. Оставив их позади, он снова увидел фары. И вдруг они снова исчезли.
Белокурый парень на заднем сиденье «Ягуара» опустил стекло и выбросил окурок. Он лениво протянул руку и взял бутылку водки. Прежде чем поднести его ко рту, он сказал: «Господи, Сисси, почему ты едешь не по той стороне дороги?»
Девушка за рулем рассмеялась. — Это английская машина, милый, — сказала она, — а англичане всегда ездят слева. Этот Джаг знает свое дело.
— Но когда ты знакомишься с кем-то, лучше, если он знает свои американские манеры, девочка, — сказал мальчик, делая глоток.
Она снова засмеялась. «Если я столкнусь с кем-нибудь, — сказала она, — он остановится». Она ускорилась, и стрелка спидометра подползла к красной черте. «Если мы хотим позавтракать за границей, я не могу жалеть лошадей, и на этой скорости я держу внутреннюю полосу, чтобы не отставать».
— А если они не отойдут в сторону?
«Судьба, приятель. Судьба. Ничего не поделаешь.
Шины внезапно завизжали, и машина затряслась и заскользила на двух крайних колесах. Рыжеволосая девушка сзади внезапно проснулась и ахнула. Затем она хихикнула.
'Ага!' воскликнула она. — Давай, Сисси!
