- Нет, ост-тавьте мен-ня, это скоро закончится.
«О, ну, конечно, ее скоро отпустит, добро пожаловать в ад, девочка, на тебя только что свалился весь твой непосильный груз, и поделом, встряска вправит твои неадекватные мозги».
Люциус положил её палочку на маггловскую камеру, забрал трость и покинул помещение, искренне злорадствуя ее состоянию, только бы оно подольше продлилось. Он приказал Хатке подать чай, эспрессо и стакан воды, ей наверняка захочется пить, ведь организм обезвоживается от такого количества слез. И почему его должно беспокоить ее здоровье? Жестокая Аллегра заслуживает морального удара, это ей за опороченную гордость лорда Малфоя. Пускай получит хоть небольшую дозу дерьма, которое сама заварила.
«Мерлин, ты достала меня, намеренно вызываешь ненависть. Аллегра, ты чудовище, капризный, неуравновешенный глупый ребенок!».
Прошло около пятнадцати минут, но актрисы все не было; злорадство Люциуса переходило все границы, он представлял, как исчадие ада сидит на деревянном стуле, обхватив ноги руками и безутешно рыдает, погружаясь в мир переживаний. Страдания, слезы – это непозволительная слабость, не сочетающаяся с обликом полоумной стервы. Ей плохо…
Странное ощущение в груди, как-то внезапно нервы стали играть свою трель, поднимаясь чувством, непонятным желанием. Почему… Люциус понял, что сидеть одному в пустом кабинете, где стынет ее эспрессо неловко. Пространство уменьшалось, давили стены, облицованные деревом, они сдвигались, заставляли разум гнаться за последними остатками злобы, но она улетучивалась, испарялась, сдувалась, словно воздушный шарик. Образовавшаяся пустота стала заполняться новыми бесконтрольными эмоциями, словно удавка затягивалась петлей на шее. Он сглотнул и поднес руку к вороту, но на нем была всего лишь рубашка, без аксессуаров, стоек и платков… Аллегра не стоит переживаний!
«Мерлин Всемогущий, да что со мной такое?!».
Вчера Люциус узнал слишком много, узнал главное, что она и есть запуганный ребенок с похищенной жизнью, маленькая девочка, сирота! Она не виновата в том, как сложилась судьба… Нет, виновата, но ее терзания того не стоят.
«Нужно подняться, проведать её! Нет, она не достойна моей жалости». Но ноги уже подняли его и понесли к двери, которая распахнулась перед самым носом…
Почему мне так больно и горько? Невыносимая слабость мыслей, агония картинок и воспоминаний проносится в голове, являя все ошибки, давя грузом одиночества, отсутствия жизни. Я кукла на нитках, и самое страшное, что я сама манипулирую глупыми, безвольными движениями. Чертово зелье! Почему эффект не проходит? Доза была маленькой, действие уже должно было завершиться. И тут нахлынуло понимание… Это мои собственные эмоции, а микстура лишь простимулировала их. Наружу всплыли самые ничтожные слабости, больные моменты… Его лицо перед глазами, ненависть к самой себе… Я так люблю тебя, Северус, люблю твои грубые четкие брови, странный крючковатый узкий нос, усталые злые глаза, запах зелий твоего кабинета. Почему мне кажется, что и сейчас он витает в воздухе? Как смыть осадок боли? Как заставить себя успокоиться, выкинуть из головы сияние бледной кожи, черных волос? Ты так нужен мне…
Я сжала колени еще сильнее и подавила еще один всхлип. Моя глупость, мой главный страх, ноющее в груди наваждение. Изящные пальцы, скользящие по животу, потом грубо хватающие плоть, заставляющие кричать. Боль прикосновений, любовь в жестокости…. Простишь ли ты когда-нибудь оступившуюся девушку с заледеневшей душой? Сердце билось, разнося по венам кровь, которой я желала остановиться, забыться в смраде смерти, самоубийства. Просто не хочу жить, не хочу дышать, ожидая каждого нового дня как пытки, не могу произнести слов отчаяния вслух. Я просто люблю тебя, Северус! Никогда ты не услышишь этих слов. Господи, как же больно…
Судороги сводили тело, чужое тело, новую беспощадную маску. Я так жестока! Мои стопы не имеют права касаться земли, ибо я грешница, убийца, раба никчемной плоти во служении нечестивому. Я сама демон, низшее существо, проникнувшее в мир для нарушения баланса.
Голова кружилась от давления, болело тело. Меня знобило, а потом бросало в жар, но самое страшное – это время. Люциус и так долго пребывает в одиночестве. Может, отбросить к черту все планы и отказать в услуге? Ради чего? Мерлин, ради чего я все это делаю, кую собственными руками предательство, ложь? Уэмпшир – хороший человек, он не должен садиться в тюрьму ради планов Лорда...
«Возьми себя в руки, Аллегра!».
