Что здесь думать? Вся эта трогательная викторина была спланирована и выведена к неспособности Северуса ответить на поставленный вопрос. Всезнайка Грейнджер с первого курса имела к нему личные счеты и хотела самоутвердиться. И она это сделала. Мерлин, Грейнджер осуществила практически невозможное, завела в тупик своими вопросами и железной логикой. И как она это сделала? Так, чтобы никто не заметил и Северус не упал в грязь лицом, да и вообще это был абсолютно бессмысленный диалог, не принесший никакого вреда. Что ж, похвально, мисс Грейнджер…
Снейп поймал себя на мысли, что проникся уважением к отважной гриффиндорке, бросившей ему вызов и с достоинством победившей в дуэли. Он понимал, что министерство совершенно неправильно классифицировало вампиров как вид, они ведь и правда стояли на ступень выше и не только в пищевой цепи. Их разумы формируются веками, но вампиры не выносят мудрость за пределы своих кланов, не считают, что, возможно, их знания пригодятся людям, потому что человек для них – это всего лишь кусок мяса, хотя и бывали случаи сотрудничества, однако они обычно печально заканчивались…
Северус внезапно напрягся, не понимая странного ощущения, посетившего его. Это снова необъяснимое дежавю, что-то напомнило ему о чем-то. Опять создавалось впечатление, что такое уже было. Неужели феноменальная память подводила его, или интуиция дала сбой? Хотя, что касается памяти, он запоминал все, что было нужно: книги, зелья, сведения, а остальным обычно не засорял мозг.
Мерлин, шестой курс – это что-то ужасное! Все вокруг начинают встречаться! Гормональный взрыв! Хочется проклясть всех и вся, а ещё раздражающая Лаванда навечно поселилась в нашей компании, из-за нее приходилось больше времени проводить в библиотеке, чтобы избегать встреч. Упоминаний об исчезательных шкафах я больше не нашла, поэтому строила планы, как достать книгу «Магические руны Кроноса». Надеюсь, богатая малфоевская библиотека включает в себя подобное издание, и Люциус найдет способ переправить фолиант в Хогвартс. Хотя нет, это просто невозможно. Всю почту проверяют, а книга наверняка околдована темными чарами. Нужно срочно что-то решать, где-то искать фолиант и связаться с Люциусом. Хотя…
До рождественских каникул остается совсем немного времени. До того как Рон начал встречаться с Лавандой он предлагал мне поехать в Нору, но теперь это прерогатива «Барби». Да я и не претендую нисколько. Кажется, что Уизли встречается с этой хмм… мартышкой только ради того, чтобы досадить мне. Рон сразу понял, что ему ничего не светит. Может, потому, что я вовсе не Гермиона Грейнджер? Я нервно захихикала, склонившись над книгой по высшим зельям, не входящей в школьную программу. Хогвартс пагубно на меня влияет. Куда пропал холодный взгляд Аллегры Кэрроу?
- Гермиона, – послышался голос над ухом, – над чем смеешься?
Я повернула голову.
- А, Гарри, это ты? Да так, ни над чем. Что ты забыл в библиотеке?
- Гермиона, чему ты так удивляешься? Я что, не могу в библиотеку прийти? – насмешливо проговорил он, доставая с полки первую попавшуюся книгу и с умным видом открывая её.
- Учебник переверни, – улыбнулась я. – Так ты пришел учиться?
- Ну, вообще-то я искал тебя.
Мы оба засмеялись. Гарри умеет быть милым. В такие моменты во мне просыпаются непрошенные чувства. Отгонять их я научилась, но их приходы, как не вовремя начавшийся дождь, начинают покалывать где-то в груди острой болью. Время должно было стереть грани эмоций и самобичевания. Но как бы я ни прикрывалась холодом, чтобы я себе ни говорила по поводу прошлых ошибок: что я убивала, мучила и подставляла людей, чтобы лишний раз убедиться в собственной жестокости и неспособности на что-то хорошее по отношению к Поттеру, который был мне не другом, а просто целью – остаточные явления той жизни, за пределами ближнего круга Тёмного Лорда все же остаются. Я напоминаю себе каждый раз, что не имею права зацикливаться на таких мелочах как дружба, понимание. Как бы я ни старалась корчить из себя Грейнджер, я не она. Я не чудовище и не шизофреничка, просто наши стороны разные. И мне не за что извиняться перед Поттером, Уизли, Грейнджер, ставшей пленницей в моём доме. Нет моей вины в том, что они не принимают нашу точку зрения. Жалость? Пора и от этого чувства избавляться, а так же пора кончать с грязнокровкой, ей ничего не светит в будущем мире, ведь она рано или поздно все равно с ума сойдет, заточенная в моем поместье, где собеседники лишь голые стены.
Гарри присел рядом и с умным видом теперь читал мой учебник, за паясничество получил локтем под ребра.
- Ай, за что? – морща нос от несильной боли, спросил он.
- Что б было. Так что ты хотел?
Поттер откинулся на спинку стула, изобразил утомление и скривил лицо.
- Понятно, мисс Бон-Бон достала… – утвердила я.
- Да она не отходит от него ни на секунду! – он в наигранном жесте приложил ко лбу ладонь. – Гермиона, кажется, я её ненавижу.
- Добро пожаловать в клуб «Давайте подкинем Лаванде соплохвоста в кровать».
