Лестрендж, вздернув нос, отошла от Аллегры, давая ей возможность отдышаться, и расслабить кулаки, сжатые до белизны костяшек пальцев. Ещё один мимолетный взгляд на Северуса, и позаимствованная привычка закусывать губу. Досада, ярость, они были как на ладони.
— Что, что с ним случилось? — внезапно спросил Рабастан, в своё время неплохо ладивший с её отцом.
Взгляд свинцовых глаз почему-то метнулся не к нему, он испепелял Эйвери. Да, как и предполагал Северус, между ними были какие-то личностные проблемы. Она долго собиралась, прежде чем ответить, эта тема доставляла боль:
— Он погиб полтора года назад на Рождественском рейде от проклятия, высасывающего жизнь...
— Но этого просто не может быть, — уже серьезно произнесла Белла, забыв об упрямстве. — Я лично видела его две недели назад в Малфой-мэноре и на ритуале.
— Ты видела Меня, Белла, — забыв о склоках, спокойно ответила девушка. — Я – метаморф.
Большинство из Пожирателей Смерти переглянулись.
— Но метаморфы могут менять не всё…
— Ты сравниваешь меня со своей племянницей Тонкс, — пояснила она. — Ты, вероятно слышала о Лейморин Граус?
— Ты можешь менять обличье полностью? — не веря своим ушам, вступил Джагсон. — Это же…
— Очень редкий дар? Нет, это всего лишь свойства моей ДНК, — насмешливо проговорила она, направив взор в сторону Северуса, что когда-то поведал ей об удивительной науке генной инженерии.
Поразительно, но она не источала в его сторону ненависти, скорее досаду. Она вообще вела себя так, словно ничего не происходило. А вот Нарцисса прожигала дыру в спине Люциуса. Женщина находилась слишком далеко, чтобы прочитать её мысли. Впрочем, Малфой-старший не утруждал себя обратить внимание на острый взгляд жены. Все переполошились. Многие никогда не видели Аллегру, некоторые знали её в младенчестве, Эйвери имел честь наблюдать её всю жизнь.
— Где Гермиона? — Забини просто подошел к Аллегре и заглянул в глаза.
К сожалению, Северус не мог разглядеть выражение её лица, она стояла спиной.
— Блейз… Спокойно… — мягко сказала она.
— Скажи мне! — он вцепился в её руки, пытаясь отыскать неуловимые нити надежды.
Кажется, что только сейчас Аллегра вышла из амплуа актрисы. Её плечи осунулись, а голова опустилась, теряя достоинство рода.
— Блейз, с самого начала года ты видел меня, а не её, — начала неуверенно она, осторожно кладя руки на его плечи.
Парень изменился в лице, он понял всё сразу, как поняли и остальные.
— Что ты с ней сделала? — обреченно проговорил он и с силой оттолкнул от себя Кэрроу, которая упала на диван. — Говори!
— Блейз, я… — в ней всё же было чувство вины, она видела, прекрасно знала, как может изувечить сердце любовь и она боялась его ранить.
Парадокс, Блейз любит Гермиону, хотя полюбил Аллегру…
— Она погибла, — тихо сказала она, ища прощения.
— Ты убила её! — закрыв глаза, процедил Блейз. — Мерлин…
— Нарцисса, — внезапно обратился Тёмный Лорд к женщине, которая яростно сжимала подлокотники кресла, сдерживая одной ей известную злобу. — Забери Блейза и Драко, пускай ждут меня в кабинете Люциуса.
Вот так, холодный расчет на костях несчастной любви. Эта цепь не имеет границ. Волан-де-Морт убил Лили, заставив Северуса его ненавидеть. Северус искоренил доброе начало в маленькой влюбленной девочке, очернив эти чувства грязной золой, прилипшей к телу болезненной памятью той пьяной ночью. А Аллегра, она всё это знает, прекрасно понимает и видит Мерлин, в серых глазах сейчас плещется чувство вины. Она стала таким же демоном для Блейза, разрушив его несбыточные надежды, отобрав крупицу тепла в юном мальчишеском сердце. Кэрроу боялась ненависти, но и не знала, что к ней приведет убийство Грейнджер. Кольнуло болью сердце. За что Господи, ну за что она убила её?..
— Блейз, иди с Нарциссой, — приказал Лорд, возвращая парня из агонии зарождающейся мести.
Миссис Малфой с неприязнью окинула девочку взглядом и потянула Забини за рукав к выходу. Пускай он уходит, так нужно, ему нужно выплакаться и осознать, что он все это время питал нежные чувства совершенно к другой особе, нежели предполагал. Аллегра смотрела ему вслед с какой-то безнадежной опустошенностью. Словно и её вернули во что-то очень трагичное и неисправимое. Не было сомнений, что она совершила убийство сама. Так Тёмный Лорд воспитал в ней покорность. Эта девочка, когда-то с взъерошенными короткими волосами, напоминающими верблюжьи колючки, исчезла в выращенной жестокостью дочери аристократии.
— Все свободны, — раздался властный голос Лорда, вырывающий Аллегру из собственного мира оцепенения — Завтра жду вас всех в десять утра для инструктажа дальнейших действий, — наверное, эта фраза звучала даже жизнерадостно. — Северус, Белла, останьтесь…
Аллегра даже не пыталась встать, она так и осталась сидеть на диване в компании подсевшего вновь Лорьена и смотрела в одну точку.
— Тебе жутко не идет это тряпье, — безмятежно сказал он, пытаясь привлечь её внимание, когда Северус устроился в опустевшем кресле Нарциссы и стал наблюдать за ней вполглаза.
