- Не очень-то ты старался, - пренебрежительно откликнулся Олеж.
- Не хами. Если бы не Илей с его исследованиями, убедить Совет было бы сложно.
- Ты даже не пытался.
- Но ведь главное - результат. Девчонка жива. Ее возьмут под наблюдение, как и всех преступников. И я жду, когда ты будешь готов.
- У меня есть год.
- Не больше.
Светлый исчез, прерывая разговор. Вот и договорились. Прекрасно.
На улице собирался дождь. Серое небо, тучи, висящие прямо над головой и холодный ветер, пробирающийся по одежду. Настоящая осень, наступившая за один день, как и всегда бывает в переходные периоды. Он стоял в стороне от выхода в месте, специально отведенном для курильщиков, и наполнял легкие сигаретным дымом. Все закончилось. По крайней мере, на сегодня. Смутное ощущение чьего-то присутствия заставило повернуться. Совсем рядом оказался Пьетр, мрачно смотрящий на сигарету в его пальцах.
- Дать закурить? - прохладно осведомился Олеж, и светлый неожиданно кивнул. Сигарета из предложенной пачки перекочевала к нему, и через минуту они дымили уже вдвоем. От дороги доносился шум проезжающих мимо маг-мобилей, короткие фразы из разговоров прохожих, спешащих по домам. Если начнется дождь, останавливать его не станут. Глобальные влияния на погоду запрещены, только локальные изменения для ухода за садом. Поэтому в плохую погоду многие стремятся просто пересидеть дома. Магия магией, но насморк она почему-то не лечит.
- Почему она? - вдруг спросил светлый, про которого боевик уже успел забыть.
- Что?
- Почему она? - повторил Пьетр. Он выглядел каким-то чересчур бледным, словно больным, побитым псом, которого выставили из дома. - Почему ты выбрал именно ее?
Олеж моргнул, пытаясь понять, о чем идет речь. Затянулся снова и отбросил окурок в урну.
- Я не выбирал. Точнее...- он никогда и никому не пытался объяснить, почему в его жизни появилась... она. - Это не совсем выбор. В центре, когда мы учились, все мной восхищались. Я был самым старшим на курсе, имел опыт боевых стычек, пусть и с монстрами, но все же. Умел убивать и мог противостоять длительному воздействию на сознание. У меня действительно были хорошие показатели. И все хотели узнать, каково это - увидеть Юту так близко. Я рассказывал, хотел, чтобы они поняли, что катастрофа - не шутки. Что равновесие действительно важно. Но они только восхищались. Вздыхали. Даже завидовали. Хотели оказаться на моем месте. Мечтали. А она спросила, как я преодолел страх. Там ведь действительно страшно. Ты видел. Мы живем, пока страх не умирает. А потом только сходим с ума. И она поняла. Просто поняла. Никто не понимал, а она смогла...
Дождь действительно начался. Мелкий, противный, моросящий. Маг развернулся к выходу, выглядывая из-за угла здания. На лестнице стояла женщина в графитном костюме. Одна. Снова одна.
- Но ведь она убивала. Она стольких убила. Прокляла. Темные расширили свою область во многом благодаря ей. Да она же родила ребенка от князя Тьмы! Как можно после такого...
Пьетр поперхнулся собственными словами, задохнулся и отвернулся. Отошел на два шага, затем резко развернулся и подошел к нему. Выглядел он паршиво. Маниакально горящие глаза, темные круги под ними, лихорадочный румянец.
- Ты! Ты не имеешь права за нее заступаться! - светлый ткнул пальцем ему в грудь. И сейчас более всего походил на мальчишку, мир которого рассыпался на части.
В душе шевельнулось что-то похожее на жалость. У каждого свои тайны, и состояние истинного говорило о том, что он подошел к краю своей личной пропасти. Олеж спокойно стиснул его запястье, отвел в сторону, свободной рукой обхватил его за плечо и встряхнул.
- Имею. Тьму можно либо принять, либо истребить. Если не сделаешь ни того, ни другого, она сама тебя уничтожит.
Светлый отвернулся, глядя себе под ноги. Его колотило как в ознобе. А ведь ему больше двухсот. Так почему же кажется, что перед ним всего лишь подросток? Хотя...
- Во сколько лет ты прошел посвящение?
- В семнадцать, - глухо ответил Пьетр. - Особые обстоятельства. Совету пришлось ввести меня в игру.
И после он занимался только своими изобретениями, почти не вылезал из лаборатории. Неудивительно, что маг все еще кажется ребенком. Вот только растить его вовсе не задача Олежа.
- Обратись к Гипносу, - произнес он, отпуская собеседника и отступая в сторону, - он поможет.
Направился к лестнице и подошел как раз в тот момент, когда Марикетта уже уводила подругу. Она украдкой обернулась, и их взгляды встретились. Волшебница едва заметно кивнула, и он ответил тем же. Его вчерашнее сообщение, отправленное после встречи с Брасияном, все же нашло своего адресата. Хотя Мари вполне могла проигнорировать просьбу. Впрочем, нет, ведь он просил не для себя, а для...
- Тэль...
Такое забытое и знакомое имя. Она знала, что он здесь. Знала. И все же обернулась, прежде чем сесть в мобиль. Посмотрела прямо на него. Темно-карие глаза. Затягивающие как омуты. Когда-то они были янтарными. Яркими и теплыми, как и полудрагоценный камень. А теперь в них остался только холод и Тьма.