Шесть лет назад я уехала отсюда, как думала, навсегда. Но пришлось вернуться и вновь встретится с собственными страхами. Лучшая подруга, друзья, а самое главное он… мой ночной кошмар, парень, смотреть в лицо которого слишком больно. Мы все храним секреты и не хотим ворошить прошлое или же… не все? Кто-то решил напомнить про одну страшную ночь. Он знает наши тайны и, похоже, даже немного больше. Он заставляет сомневаться в том, шесть лет назад произошел несчастный случай. А если так, под подозрение попадаем мы все. А еще мы не можем понять, нас преследует живой человек, рок или потусторонняя сущность, которая приложила руки к трагедии, произошедшей в тот день.
Сегодня я стала взрослой. Вот так в один миг. Слетели розовые очки, разбилось в дребезги сердце, и заледенела душа. Может, это не взросление, а смерть? Оболочка двигается, дышит, но самой меня нет, просто окружающие пока не замечают.
Все делаю на автомате. Куда-то иду, качу за собой чемодан на колесиках. На носу солнечные очки в пол-лица. Они скрываю опухшие от слез веки и покрасневшие глаза.
Мир, словно в тумане. События происходят, будто не со мной. Я вижу все со стороны. Багаж, документы, латте в зоне вылета и посадка в самолет, который унесет меня в город, где я никогда не буду счастлива. Проблема в том, что теперь я не верю в счастье. Вообще.
Сижу у окна и наблюдаю за тем, как мелькает взлетная полоса, самолет набирает скорость и отрывается от земли, попадая в гущу облаков. Белое молоко за стеклом становится все плотнее, мы летим в каком-то безвременье. Я всматриваюсь, но не могу разобрать ничего. Ни домики, которые должны были стать крошечными, ни море, которое ненавижу. Туман подступает все ближе к иллюминаторам, сгущается и в нем можно угадать тени и силуэты. Они пугают, потому что кажутся знакомыми. Появившееся лицо – бледное с прозрачными мертвыми глазами заставляет вскрикнуть и отшатнуться, зажмурив на миг глаза. Я знаю, кому оно принадлежит. Сердце стучит сильнее, а дыхание учащается. Липкие ладони и пробирающая до костей дрожь.
– Этого не может быть… – шепчу, зажмурившись, наплевав на то, что подумают случайные попутчики. Открываю глаза. Лица за окном нет. Только густые облака и надпись пальцем на стекле. "Спаси меня, Есения".
Легкое прикосновение к плечу и я подпрыгиваю на месте, ремень врезается в живот, и я прихожу в себя окончательно.
– Девушка, вы кричали во сне, – с вежливой улыбкой говорит стюардесса. На ее красивом лице ни грамма осуждения, только участие. А вот мой сосед напуган.
Наплевать. Какая разница, что думают чужие люди? Мне сто лет не снился этот сон. Из-за него я перестала брать места возле иллюминатора. Думала, избавилась от кошмара. Но едва села в самолет, летящий в проклятый город моего детства, все повторилось. Не стоило сюда возвращаться.
Соленый, наполненный морской свежестью воздух бьет в лицо, едва я выхожу из салона самолета на улицу. Вдыхаю его полной грудью и чувствую приступ тошноты. Прошло шесть лет, а меня еще не отпустило.
– Хорошо-то как! – белозубо улыбается незнакомый парень. Он обгоняет меня на трапе самолета и бросает заинтересованный взгляд.
– Тоже отдыхать? – начинает разговор, не обращая внимания на то, что мы задерживаем движение. Люди спешат забить поджидающий внизу автобусик, словно это поможет быстрее преодолеть пятьсот метров до аэропорта. – Лучшее место на земле? Правда?
Он весел, предвкушает хорошее времяпрепровождение и уже настроен на курортный роман, но тут я ему не помощник.
– Ненавижу море, – признаюсь я и, обогнув его, спускаюсь с трапа, чтобы скрыться в уже заполненном автобусе. Осталось всего полчаса. Полчаса без внутренних демонов.
Мне все равно, что парень недоуменно смотрит мне вслед. Люди, которые не любят море, вызывают, как минимум, удивление. Я привыкла к этому. Все спрашивают: «Как ты можешь его не любить?» Просто они не знают, что море сотворило с моей жизнью, и что у меня забрало.
На автомате получаю багаж и выхожу из здания аэропорта под палящее солнце. До встречи с моим прошлым осталось несколько минут. Еще чуть-чуть и я увижу отражение моей любви. Точнее то, каким оно стало спустя шесть лет. Сердцу больно уже сейчас.
Он ждет меня под навесом, засунув руки в карманы светлых джинсовых шорт. Сердце начинает колотиться, как бешенное, но я одергиваю себя. Нет. Такая реакция не потому, что я вижу перед собой Дениса Ланцова. Никогда мое сердце не стучало из-за него, но я все равно с жадностью всматриваюсь в его лицо – такое знакомое и в то же время чужое. Он стал еще мощнее, и сейчас возвышается надо мной, словно скала – сильные, со стальными мышцами руки, которые совсем не скрывает рубашка с коротким рукавом. Черные непослушные волосы сейчас короче, чем шесть лет назад, а взгляд увереннее. Мне очень сложно не рассматривать его с жадностью, а парень не просит перестать. Дает возможность изучить себя как следует, а потом делает шаг вперед и заключает в объятия со словами.
– Привет, Карамелька, давно не виделись.
Это как спусковой крючок. Я готовилась к встрече очень долго, но все равно не могу сдержать слез. Отстраняюсь и вытираю глаза руками.
– Прости, Дэн! Прости! Я так рада, что ты меня встретил!
– Не извиняйся, Есения, – тихо говорит он и отступает к машине, сразу оказавшись в тени, какой-то слишком уж густой. – Я прекрасно знаю, ты плачешь не обо мне.
– Да… – Я выдыхаю и надеваю на нос солнечные очки, чтобы скрыть слезы. – Я просто… просто… – слова найти нелегко.
– Я знаю, ты просто видишь сейчас не меня. Пойдем, мама очень тебя ждет.
– Постой? – Я хмурюсь. – Ты, что везешь меня к себе?
