Этот рассказ о том, что порой очень трудно отделить реальность от вымысла, а сумасшествие – от гениальности. Психиатр, пытаясь помочь пациенту, может сам стать невольным заложником его фантазий, а пациент может внезапно оказаться не так уж и неправ.
– Значит вы утверждаете, что наш мир не единственный? – произнес человек в сером костюме из тонкой шерстяной ткани, лакированных туфлях и белой рубашке. Он посмотрел на часы и откинулся на спинку кресла.
– Да, разумеется. Именно это я и пытаюсь вам объяснить. – человек говорил отрывисто, словно не произносил, а выбрасывал слова, которые дальше жили своей жизнью.
– Ну, это не новость, теория о мультивселенных возникла больше ста лет назад. – джентльмен положил ногу на ногу и задумчиво посмотрел на собеседника.
Герман Владиславович, а именно так звали джентльмена в строгом костюме, давно уже потерял интерес к разговору. В самом начале он планировал написать докторскую диссертацию и выбрал для себя пациента с выраженными симптомами маниакальности, но чем дольше ему приходилось с ним общаться, тем больше приходил к выводу, что ничего нового уже не услышит.
Герман провел ладонью по подлокотнику, грубая ткань гобелена щекотала и приятно массировала кончики пальцев. В костюме было чуть жарковато, но снимать пиджак он не собирался, уж лучше так, чем в мятой, влажной рубашке. Он поднял глаза и принялся изучать своего собеседника, как делал это всегда, прежде чем задать вопрос.
Натан сидел напротив него и на первый взгляд ничего не делал, на нем была рубашка из мягкой и разумно непрочной ткани, такие же байковые брюки и пояс. Натан беспрерывно теребил в руках кончик пояса и отрывисто вертел головой, словно его шея поворачивалась только на какой-то определенный угол и этот угол его всегда не устраивал. Натан явно нервничал, он быстро тряс одной ногой, но мягкое одеяние не производило никаких звуков, все его действия и движения проходили совершенно беззвучно.
Кабинет, в котором они находились, был невелик и практически пуст, в углу располагался небольшой столик, видимо остался тут с тех пор, когда в ходу были печатные машинки. По сторонам стояло два простых старых кресла, видавших виды, в которых сейчас и располагались Натан и Герман. В другом углу, возле двери, стояла простенькая вешалка, на ней сейчас висел чуть влажный плащ. Герман попал под дождь по пути к пациенту, но открывать зонт за несколько метров до входа в здание было бы глупо.
– Натан, понимаете, я правда хочу вам поверить. В отличии от других, я допускаю хоть и мизерный, но вероятный шанс, что все человечество заблуждается, а вы правы. – доверительно произнес Герман.
– Вы же доктор. Вы не можете этого допускать. Не имеете права. – возразил Натан в своей привычной отрывистой манере и снова опустил взгляд в пол.
– Это сейчас совершенно не важно. Давайте договоримся, я просто ваш собеседник, который очень хочет вам поверить. Сделайте милость, расскажите вашу историю еще раз. Если вы не против, я включу запись?
– Да… То есть нет, я не против. – Натан опасливо проследил, как Герман вынул из кармана небольшой диктофон, нажал какие-то кнопки и положил его на столик.
– Прошу, можете рассказывать. – указывая на диктофон, предложил Герман.
– Вы знаете теорию большого взрыва? – тихим шепотом спросил Натан.
– Говорите громче, пожалуйста, иначе мне потом будет сложно разобрать слова.
Натан не торопился продолжать, он все еще ждал ответа, продолжая теребить кончик пояса и постоянно рассматривая пол, покрытой вышарканой кафельной плиткой, словно по нему бегали тараканы и он их очень боялся.
– Давайте допустим, что я знаю некоторые базовые понятия, но не более того. Я знаю, что есть сила притяжения, что Земля вращается вокруг Солнца и что она круглая. Опустим эти объяснения, но все остальное я хотел бы услышать лично от вас, именно в той версии, которую вы исследовали. – устало произнес Герман и посмотрел на Натана, опустив подбородок на грудь.
– Силы притяжения нет. Вы заблуждаетесь. Гравитация это лишь искривление пространства. Но вам это простительно. Вы же не ученый. – начал Натан и, взяв со стола диктофон, пристально осмотрел его с разных сторон. – Надо же. Точно такой же.
– Такой же, как что? – негромко спросил Герман и пристально посмотрел в лицо Натана.
– Это неважно… Давайте я расскажу с самого начала. Быть может хотя бы запись останется. – Натан аккуратно положил диктофон обратно на стол, стараясь не стучать им, откинулся на спинку кресла и глубоко вздохнул, выпуская воздух широко раздувая щеки. – В общем. Если верить нашим теориям. То когда-то очень давно. Когда еще не было ничего. Какая-то случайная квантовая флуктуация привела к тому, что во вселенной появилась энергия. Много энергии! Однако, она рождалась всегда парой. Материя и антиматерия появлялись и тут же исчезали, превращаясь обратно в энергию.
– Простите Натан, но откуда взялась вся эта ваша энергия?
– Из будущего! В состоянии с нулевой энергией возникают две частицы, материя и антиматерия. Потом они схлопываются, аннигилируют и возвращают энергию в нулевое состояние. Просто все это происходит настолько быстро, что метрика пространства и побочные возмущения не успевают возникнуть.
