Но рождение тритоморфа в семье — это случайность. Стечение обстоятельств. Результат древних кровосмешений. Неудачная лотерея, в которой победители получают разочарование и лишение. Никто не желал переживать подобное потрясение. Но выбора не было. Приходилось мириться с жестокостью, чтобы не погрязнуть в новой войне.
Смерть ребёнка — малая плата за свободу и спокойствие человечества. Но разве они убивали ради ложной свободы? Добивались спокойствия в хаосе? Нет. Они убивали из страха, что отравлял разум. Но, пытаясь избежать судьбы, ты рано или поздно сталкиваешься с ней.
4
Лиет Донхаллес отказалась принимать законы Красной Империи. Она родила тритоморфа, но не отвергла. Не дала отнять жизнь единственного родного ребёнка. Не могла поступиться материнской любовью. С любым другим человеком на её месте церемониться бы не стали. Но Лиет состояла в Совете Империи и была хранителем хаоса, мощь которого она направила против тех, кого призвана защищать.
Она обладала знанием, как изменить судьбу и спасти сына от неминуемой казни. Ей дали знак свыше. Чужой голос внутри разума показал истинный путь. Лиет без колебаний сделала выбор.
В палату зашёл доктор в белом халате. Выглядел он отчуждённо и виновато, словно собирался рассказать пациенту о неутешительном диагнозе.
— Где мой сын? — прохрипела Лиет.
— Ваш сын, — он задумал. — Всё не так просто.
— Что вы несёте? Покажите моего ребёнка! — она не просила, а настоятельно требовала.
— Я не могу вам помочь. Мне трудно такое сообщать, но ваш сын изолирован. Уверен, что не нужно ничего объяснять. Вы и без меня прекрасно понимаете, почему это произошло.
— Я не знаю, что вы себе придумали, но прошу последний раз. Покажите ребёнка. Иначе…
— Нет, — твёрдо заявил он. — Мы бессильны в этой ситуации.
— Как скажете, — Лиет откинула голову назад и расслабилась.
Доктор неуверенно потоптался на месте и покинул палату, оставив неудавшуюся мать наедине с тяжёлыми мыслями.
Но Лиет не думала, а мысленно сосредоточилась на дистанционном управлении дрона-доставщика. Она заранее знала о том, какой путь её ждёт. Потому вживила в мозг чип для передачи сигнала и возможности подключения к системам управления беспилотного летательного аппарата. Проделанная манипуляция ради получения средства освобождения — камня хаоса, без которого выхода из положения нет. Без борьбы никто не позволит вынести сына-тритоморфа за пределы поликлиники. Жертвы неизбежны, но Лиет не жалела тех, кто равнодушно отравляет детей на смерть.
Дрон врезался в окно. Стекло разбилось и рассыпалось на пол палаты. Хлопок бьющегося стекла не остался без внимания. В больничном коридоре послышались несколько пар стремительно приближающихся шагов. Лиет отчаянно бросилась к дрону. Острые осколки впивались в колени под гладкую нежную кожу, но режущая боль сейчас не значила ничего. Она приложила дрожащий большой палец к сканеру отпечатка пальцев, магнитные замки ослабили крепкую хватку. Дверца багажного отдела открылась.
Лиет держала в руках камень хаоса. И благодарила судьбу за жест доброй воли. Не успев повернуть голову, она услышала скрип входной двери. Толпа ворвалась внутрь. В руках солдата блестел плазматический бластер.
— Руки на затылок, — приказал солдат. — Без резких движений, иначе я открою огонь. Я имею полное право!
— Остыньте, не накаляйте и без того нервную обстановку, — начала Лиет, медленно разворачиваясь.
— Стоять! Мне плевать, что вы жена герцога. Двинетесь и потеряете жизнь.
— Ладно, ладно. Спокойно. Вы что, с ума посходили? Я после родов. Думаете, я могу что-то выкинуть? — она запрокинула правую руку на затылок. И небрежно хихикнула.
— Извините, но сейчас вы представляете угрозу для общества. Ваше состояние, ваши эмоции… Пожалуйста, не вынуждайте меня действовать радикально, — вежливо сказал солдат.
— Угроза? Серьёзно? — она улыбнулась, но никто не увидел.
Ей было противно разыгрывать спектакль, но иногда хитрость действеннее любого оружия.
— Я должен арестовать вас.
Он сделал несколько шагов.
— Постойте. Вы бы могли связаться с моим мужем?
— Думаю, что да, — он на мгновение перевёл взгляд на предплечье, куда вшивался компьютер.
И Лиет воспользовалась единственным шансом, предвидя подобное отвлечение внимания. Она резко повернулась к противнику. Глаза блеснули красным огнём. Камень объединился с рукой, слился с разумом и испустил яркую смертельную вспышку разрушительной энергии хаоса.
1
