Она кивнула в ответ и скрылась в подъезде. Дома первым делом налила горячую ванну и забралась в нее. Долго сидела с прижатыми к груди коленями, меняла остывающую воду, нехотя терлась мочалкой и бесцельно снимала пальцем капли с кафельной стены. Наконец потянулась за полотенцем, тщательно вытерлась и напялила безразмерные штаны и такой же растянутый свитер.
Свист чайника из кухни совпал со звонком мобильного телефона. Номер неизвестный. А на часах уже семь часов. Значит, это Егор. Вот только ужинать и вообще встречаться с ним она не собирается.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем мелодия умолкла, а через мгновение въедливый звук телефона раздался вновь. Таня метнулась к шкафу и стала перебирать корешки книг, а в стекляннной дверце отчетливо отражался ползущий к краю стола вибрирующий мобильник. Он не переживет еще одного падения, а на новый аппарат денег все еще нет. Черт, но ведь совсем не поэтому, не из жалости к какому-то куску пластика, она все-таки подхватила телефон и нажала зеленую кнопку приема. Тане нужно было услышать его голос, пусть и обманывающий ее.
— Таня, это Егор Княжев. Добрый вечер. Я внизу, как и обещал.
Что можно ему сказать? Упрекать в несбывшихся мечтах? Плакать из-за обмана и проклинать свою доверчивость? Разве в состоянии она вообще вымолвить хоть слово?!
— Ты передумала? Можно мне подняться, и мы поговорим?
Глаза наполнились слезами. Лишь бы получилось сдержать всхлип!
— Таня, что случилось за это время? Утром же все закончилось хорошо…
Черт, черт! Ну почему так дрожит рука?..
— Пожалуйста, не молчи. Та-а-ня-я…
Почему она не может просто опустить трубку и позволяет рвать свое сердце на куски?!
— Ладно. Если ты так хочешь… Спокойной ночи.
В телефоне раздались гудки, и Таня осторожно положила его на столик. Хлынули долго сдерживаемые слезы. Сначала Таня не вытирала их, а лишь громко дышала, через рот. Она сможет. Не сорвется на истерику. Рука привычно нащупала в мебельной стенке пузырек с таблетками, и Таня проглотила сразу две штуки. Горькие…
Скоро слезы остановились, и щеки стало неприятно стягивать. Таня вытерла кожу, нарочно сильно нажимая ладонью. И этот жест неожиданно отрезвил ее.
Все, поплакала и хватит. Это не дешевое женское кино, в котором герой не смирится с отказом, будет звонить еще и еще, а потом влезет в окно или выбьет дверь и пылко прижмет тебя к груди. Пора бы уже понять, что в жизни нет места сказке. Не принцесса она, потому и не может у нее быть принца. Чудеса не случаются с обычными людьми. Поэтому надо взять себя в руки и выбросить все из головы. А с завтрашнего дня Егор Викторович Княжев должен быть только тем, кто он и есть на самом деле, — генеральным директором компании «Центринвест». Она же — рядовой сотрудник, как десятки других. А мечты… они забудутся.
На следующее утро будильник привычно зазвенел в начале восьмого. Таня опустила рычажок, чем прервала назойливое дребезжание, и перевернулась на другой бок. Нет, сегодня она не пойдет на работу. И вовсе не из-за боязни столкнуться с Княжевым. Просто пора приступить к важному делу, она и так слишком долго тянула с ним.
Она потянулась к телефону на полу и нашла в записной книжке нужный номер. Бросив еще раз взгляд на часы — не рано ли, нажала кнопку вызова.
— Доброе утро, Инесса Павловна. Это Таня Вышковец. Надеюсь, я вас не разбудила. Звоню предупредить, что пару дней меня не будет.
Она натянула на подмерзающие плечи одеяло и подняла глаза к потолку. Сейчас начальница будет искать причины отказать. Ну точно.
— Да, понимаю, что у нас много работы. Вы правы, но я должна уладить некоторые свои срочные дела. Нет, отложить их нельзя, извините. — Взгляд выхватил сереющую в углу паутину, и Таня поерзала. — Я возьму пару дней за свой счет, а заявление напишу потом, «задним числом», если вы не против. Хорошо, если нужно, я выйду на работу в субботу.
Она вытащила ногу из-под одеяла и начала постукивать ею по полу, постепенно убыстряя ритм. В голосе Коростылевой проскальзывали нервные нотки. Понятно, что она не просто так сопротивляется незапланированным отгулам: в конце года каждый сотрудник на счету. Но вежливые укоры Павловны постепенно скатились в невнятные жалобы и высказывались, скорее, по привычке. Наконец Коростылева произнесла долгожданные слова согласия, и Таня поспешила попрощаться.
После разговора она смела паутину веником и принялась за рутинные утренние дела: умыться, одеться, перекусить.
А вот и то, над чем она думала всю ночь. Ящик в старомодной мебельной горке. Из-за скопившихся документов и бумаг он давно перекосился. Таня смогла вытащить его лишь до половины и бесцельно дергала несколько секунд, пока не заметила попавший в паз лист. Потянула — в руках оказалась лишь половина. Какой-то давний список, вероятно, покупок. Она запустила руки в ящик и горстями стала просто вычерпывать оттуда бумаги. На пол, все на пол. Теперь откроем еще и эту дверцу. Наверняка и за ней свалено немало ненужного и бесполезного. А на этой полке что?..
