Во рту стало сухо, Яр через силу сглотнул. Вспомнил несколько шрамов на спине Матвея, когда тот выходил из ванны. Обычные, ничем непримечательные увечья – мог об ветку зацепиться… мог бляхой ремня заработать… Теперь-то понятно, отчего у этих двоих такие напряжённые отношения, и почему всякий раз, когда Яр оставался в комнате с отцом, там, как по мановению волшебной палочки, оказывался Матвей или науськанная им Барселона. И всё же поверить в то, что его отец, пускай и незнакомый фактически человек, мог замахнуться на ребёнка, собственного сына, казалась дикой и противоестественной.
Яр окинул подъезд тоскливым взглядом. Дверь выбита, по ступенькам фантики всякие, шприц валяется. На стенах штрихом какая-то муть написана. Затхлостью воняет. Он жил в похожей высотке, и дверей в подъезде тоже не было. Но ступеньки были чистыми, а в почтовые ящики не запихивали вонючие окурки. Мир вверх дном.
Иногда Яру казалось, что в той аварии разбилась не только мать. Он тоже погиб, но попал не на небеса, а в ад, просто ещё этого не понял.
- А… а почему его тогда родительских прав не лишили?- не узнав собственный охрипший голос, спросил Яр.
Сашка с сочувствием глянул в бледное лицо друга.
- Ты действительно белый и пушистый, только крылышек с арфой не хватает. Твой папаша очень неплохой юрист – это раз, у него есть нехилая крыша – это два, и мы живём не в Америке – это три.
- Какая ещё крыша?
Сашка недобро ухмыльнулся.
- Слушай, вот ты жил в квартире, ничего странного не заметил?
- Ну…- семейка у него жуткая, но это единственное, что его выбивало из колеи.- Да нет вроде.
Сашка захохотал и щёлкнул его по носу.
- Глууууупый, наииииивный,- нараспев протянул он.- У вас же в гостиной целая коллекция дорогущих артефактов собрана.
- Э, ну да. И что?
- Ты хоть в курсе, сколько та же греческая амфора стоит?
Яр вспомнил какую-то полуразбитую посудину в тёмном зашторенном углу. Он бы её уже давно в мусорку отправил, чтоб глаза не мозолила, но отец её любил. Каждый раз, возвращаясь домой, он обязательно проверял сохранность любимицы. Потом, правда, забрал с собой, наверно, поволок в другой дом. Мало ли какие вкусы у людей – его мать, например, безумно любила кактус, который по весне зацветал красивыми бардовыми цветами с махровой подпушкой. Вот только смердели эти цветы, будто общественный туалет.
- Ну… дорого, наверно.
- Балда,- беззлобно обозвал Сашка и опять щёлкнул по носу.- Там всё дорого.
- Просто деньги есть.
- Что ж он с деньгами до сих пор в обычной квартире сидит?.. И даже решётки на окна не поставил?..
- Он ничего не украл,- набычился Яр.
- Расслабься. ОН ничего не украл. Он только помог вору от закона пару безделушек припрятать. Той самой крыше. У вас ведь постоянно что-то меняется?
Наверно, на друга он тогда немножко обиделся, во всяком случае, предложение Валерия Николаевича переехать жить в «Кедр» он принял, почти не раздумывая.
Сашка был недоволен – ему начальник комплекса не нравился. Не глядя на то, что Яр выхлопотал ему работу, он оттуда бессовестно уволился и устроился в шашлычной неподалёку, рубать мясо. Ну и ладно! Сам Яр захлёбывался от восторга: изрисованный от пола до потолка кафетерий до того понравился Никифорову, что тот взял Яра за руку и отвёл к себе в кабинет.
- Э… а что мне здесь нарисовать?- опешил парень. Рабочий кабинет Валерия Николаевича был скупым на мебель и вообще детали. Из личных вещей разве что портфель у стола. В углу денежное дерево в напольной вазе-кадке, на полке коллекция стеклянных слоников, на стене несколько африканских масок. Вряд ли он увлекался цветоводством или собиранием фигурок – дизайнерский интерьеры только ещё сильнее обезличивают.
- Хм, а что хочешь,- махнул рукой мужчина.
- Ну, может быть, вам что-то больше нравится?
И тогда Валерий Николаевич воровато огляделся, не подслушивает ли кто, приложил палец к губам, порылся в портфеле… и выложил книгу. Самую обычную с виду книгу… Русские народные сказки.
- Сказки я люблю,- чуть смущённо признался работодатель.
Яр расплылся в улыбке.
- Эй-эй,- тут же спохватился мужчина,- учти, если что – я всё на тебя спихну, мол, это у меня художник с поехавшей крышей был. Понял?
В общем, не такой уж он и неприятный тип оказался. На следующий день мебель из кабинета вынесли, загнали рабочих и они покрыли грунтовкой стены, а чтобы Яр не маялся от безделья, Валерий Николаевич вручил ему большущий букет роз, коробку конфет и отправил на другой конец города к своей даме сердца. Личного водителя не дал, втулил деньги на такси. Таксист выкинул его часа через два у какой-то вычурной гостиницы и уехал, забыв вернуть листик с адресом, где значились имя и фамилия барышни. И Яр долго доказывал менеджеру, что его ждут, что он не мальчик по вызову, альфонс или кто-там-ещё. В конце концов, сдался, позвонил начальнику, покаялся и потом долго извинялся уже перед красивой молодой женщиной, в номер которой отвёл распорядитель.
