— Я ведь буду одна не целые сутки! Не думаю, что фотосессия продлится настолько долго, — продолжала она успокаивать айдола.
— Прости… И спасибо.
— Ешь давай, — просто улыбнулась Рина.
После позднего завтрака Хосын провёл девушку на диван, а сам ушёл собираться. Затем, оставив рядом с диваном инвалидную коляску на случай, если ей понадобится в туалет, покинул дом.
Так писательница сидела перед большим экраном и занималась уже изрядно надоевшим за последний месяц делом. Прошёл час, два, пять. Дверь дома открылась. Но это был не тот, кого она так ждала. Это был курьер, которого Хосын попросил доставить еду прямо к дивану, объяснив ситуацию.
Молодой человек принёс целый пакет еды из ресторана и, пожелав приятного аппетита, удалился. Открыв пакет, писательница увидела какой-то корейский неизвестный ей суп, рис, множество закусок, непонятное мясное нечто, которое подразумевалось как второе блюдо, небольшой тортик и термос с чаем. Также там лежали необходимые столовые приборы.
— Это же так калорийно, — улыбнулась она, представляя, как айдол заботливо выбирал всё это, — я так могу и лопнуть.
Ещё часа через два девушка с очень большим трудом добралась до туалета и успешно вернулась обратно на диван. Парня не было уже семь часов, из-за чего ей было невыносимо грустно. Она и представить не могла, что фотосессии такие долгие. Но это его работа, что Рина прекрасно понимала. Телевизор она уже давно выключила, ведь глаза уже болели. А поскольку ничего другого под рукой не было, она просто смотрела в окно на небо, уже усыпанное звёздами. Так она и уснула.
На самом деле фотосессия не должна была длиться так долго. Но ребята, которых вытянули в их единственный выходной, никак не могли сосредоточиться. Каждый из них думал, как быстрее уйти отсюда, и все фотографии получались неудачными. Пришлось переснимать всех участников несколько раз по отдельности, а потом ещё дольше пытаться сделать нормальное совместное фото.
Из-за каждой уходящей минуты Хосын переживал всё сильнее, а чувство вины росло с завидной прогрессией. Через камеры, что установлены у него дома и посылают данные на телефон, он видел, как Рина мучается, как ей тяжело открыть упаковки с едой, как тяжело пересесть на коляску и передвигаться на ней, используя лишь одну руку и ногу. Ему было видно, что фильмы не вызывают никакого интереса, что она смотрит на входную дверь в ожидании её открытия. Каждый перерыв, что ему давали, он смотрел на записи и безмолвно молил о прощении. Он понимал, что в больнице ей было бы лучше. Там она могла бы почитать или продолжить писать свою историю. Но вместо этого сидит и просто пялится в окно.
Вернувшись домой, айдол застал гостью спящей в неудобной позе. В очередной раз проклиная свою работу, он быстро принял душ, переоделся, немного перекусил и пришёл к девушке. Укрыв её большим пледом, Хосын попытался поменять положение Рины с сидячего на лежащее. Со стороны края дивана это получалось плохо, поэтому он обошёл диван, залез с другой стороны и попытался так. У него почти получилось, когда писательница сквозь сон вдруг спросила:
— Хосын? — этот звук напоминал больше измученный стон, от чего сердце парня разрывалось на кусочки.
— Я здесь, всё хорошо, я вернулся, — прошептал он с заботой еле слышно, чтобы не разбудить.
Но, видимо, во сне услышав источник звука, не осознавая того, Рина развернулась на бок, чуть не уронив голову. На что хозяин дома моментально среагировал и подставил свою руку. Сейчас ему хотелось лишь обнять её и уснуть вместе с ней. И он был уверен, что в подсознании она тоже этого хочет. Поэтому, не думая о том, что будет завтра, он залез под плед, удобно лёг, устроил голову гостьи на своём плече, крепко обнимая её за талию и пододвигаясь ближе.
Все его мысли сейчас крутились вокруг этой удивительной девушки, что вызывала в нём странные и непонятные чувства одно за другим. Ему хотелось защитить её от всех этих проблем, что обрушились на её хрупкие плечи из-за него. Хотелось обнимать и извиняться все дни напролёт. Хотелось не дать ей больше плакать, грустить или скучать. Хотелось просто всегда быть рядом и во всём поддерживать.
— Прости меня, — шёпотом сказал он, ещё сильнее обнимая Рину, зарываясь лицом в её волосы и выпуская одну маленькую слезинку, сам не зная от чего.
Так парень и уснул, погружённый в свои мысли и наслаждающийся моментом.
Проснулся Хосын раньше гостьи от яркого света, исходящего от окна. Поняв, что время ещё раннее, он расслабился и посмотрел на девушку, что всё также лежала лицом у его груди и была закрыта от всего, что могло бы потревожить её сладкий сон. Судя по счастливой улыбке, ей явно снилось что-то хорошее.
Парень убрал прядь волос, спадающих на лицо гостьи, и, видимо, случайно задел кожу. Почувствовав щекотку, Рина проснулась и открыла глаза. Улыбка моментально пропала, а эмоции скорее выражали страх, чем радость.
