Сейчас у нее была магия. Были новые товарищи. Был наставник, пусть они не всегда сходились во взглядах. Стипендия побольше, чем Саша получала на всех своих работах, едва ли не вместе взятых. Возможности. Но все же, все же… Пожалуй, для каждого рано или поздно наступает миг, когда прошлое кажется счастливым, полным надежд местом, ведь в нем не было проблем настоящего. Вернувшись, пусть и по служебной надобности, в среду ролевиков, Саша чувствовала себя одновременно и древним реликтом, и тем самым юным и наивным созданием, чьей самой большой заботой было сдать ЕГЭ и выпросить мать купить раз в месяц именно приглянувшуюся книгу, а не очередное «классически скучное» произведение правильных авторов.
Саша привычно отмахнулась от внутреннего критика. Может он и был прав иногда, но менее надоедливым и раздражающим от этого не становился. В Ордене их учили понимать и наблюдать за собственным чувствами и эмоциями, чтобы не нарушить Закон под влиянием аффекта, но Саша в этой науке не слишком преуспела. Да и какой смысл затыкать голос разума, пусть говорит он не всегда приятные вещи? Она просто старалась не слишком на нем концентрироваться, только принимать во внимание.
К тому же Саша сама понимала, что была наивна, собираясь без плана отправиться по неизвестным координатам в потенциально опасное место. Все-таки на что-то же амулет сокрытия ауры реагировал на предыгровом сборе, хотя и навешенные защиты ничего не потревожило.
Серафим вообще как узнал об этом, сразу предложил отправиться в Орден к аналитикам, чтобы выяснили, что именно делали на этом сборе, если там вообще была магия. Казалось, он с каждым днем, в котором не находился заказчик истории в «Свободе», становился все более нервным. Кажется, наставник уверовал, что и скиа в санаторий подсунул неведомый враг, тем более что были сомнения о достоверности первых орденских отчетов, утверждавших о предварительной проверке «Дубов» и об отсутствии в них магической активности. Отчетов, опираясь на которые Сашу вместе с Колей и Катей и послали туда работать.
Возможно, она не самое благодарное существо в мире. Но так уж сложилось, что Саша привыкла самостоятельно со всем разбираться. И хотя в «Свободе» наставник дважды спас ей жизнь… Но вся та история была простой и понятной – ее использовали. Во имя высшей цели, конечно. Желая спасти множество жизней. И все же, все же. И, разумеется, Саша не намеревалась сидеть сложа руки, пока аналитики будут все расследовать и выяснять. Все равно, как показывала жизнь, не все прогнозы сбываются.
Вздох наставника за километры был почти ощутим. На таком расстоянии связь «учитель-ученик» была не слишком явной, но все же определённые эмоции понять было можно – те, что Серафим хотел показать. Ощущения от этой связи было трудно описать словами, но, наверное, подходило определение «отдаленное присутствие». По крайней мере в том время, когда наставник или сама Саша эту связь не блокировали. Впрочем, она предполагала, что ее собственный блок был пока больше средством самоуспокоения, хотя Серафим никогда никак не комментировал связь, кроме напоминаний о том, что посредством нее ощущал часть вещей, происходящих с Сашей.
Саша на несколько секунд задумалась о том, как бы покорректнее выразится.
