Вампир улыбнулся. Радостно – и настолько безумно, что у Саши по спине второй раз за вечер поползли мурашки.
В Отражении все, что говорил вампир, было таким… настоящим. Искренним. Ясным.
Он совершенно точно верил в то, о чем говорил.
– Ему промыли мозги, – тихо шепчет Миклош на ухо. – Глубокая ментальная коррекция, я такое видел. Мы не сможем ему помочь. Только менталист на такое способен.
Саша тяжело вздохнула.
– Скажи мне – где вы собираетесь играть? Куда бы ты пошел после того, как остановил меня от участия в игре здесь?
Вампир чуть улыбается. И называет адрес знакомый Саше.
– Там проходят партии. По воскресеньям. Следующая игра уже завтра вечером. Я должен успеть…
На этом его глаза закрываются. Разглядывая в Отражении вампира, Саша совсем упустила слабое, тихое заклинание сорвалось с руки старика – и погрузила Обращенного в сон.
– Тебе запрещена магия, Ограниченный. Ты мало того, что не член Ордена, так еще и осужденный.
– Запрещена, – кивает Михаил. – Кроме бытовых чар, прошу заметить. А наведенный сон к ним относится. Я не хочу, чтобы Паук шпионил за мной дольше необходимого. Можете сказать спасибо, между прочим.
– И как Паук шпионил бы?
Старик только вздыхает и достает из-под кровати объемистую сумку, начиная собирать в нее книги.
– Как верно заметил «Василий», Обращенному промыли мозги. Он правда верит в то, что его мастер послал его сюда, желая остановить тебя и твоего товарища. Кровосос молод, хотя превращаться уже умеет. Но его разум в тенях чужой воли, и никто не даст гарантии, что сейчас через его глаза на мир не смотрел кто-то иной.
– Замещения сознания здесь нет, – Миклош рассматривает вампира с явным интересом.
– Нет. Но есть и иные пути превратить открытых разумом людей в свои глаза и уши, оплетя их сознание Паутиной и магии, и лжи. Я бы на вашем месте не стал принимать такое явное приглашение зайти в гости от Паука, но решать только вам. И увы, вам же придется возвращаться через поля прямо сейчас, не дожидаясь первых петухов. Я уезжаю отсюда. Защита Новгородского привязана к моему дому, но этот, боюсь, больше не безопасен. Забирайте своего пленника и отправляйтесь восвояси. Если есть деньги – могу дать телефон человека, добирающегося в этот медвежий угол в любое время дня и ночи и не задающего вопросов. Но денег будет нужно немало.
– Телефон?
Бестужев усмехается и достает из сумки видавшую виды Моторолу.
– Я не совсем отстал от жизни. Нужен номер?
Саша только кивает.
Через полчаса дом пустеет – Михаил закидывает на плечо собранную сумку и устремляется куда-то в поле, прочь от дачи, в ночь, усеянную звездами. А еще через полчаса к опушке леса по раздолбанной грунтовке на побитом уазике приезжает пахнущий самогоном и прерванным сном толстяк в кепке, пришедшей прямиком из девяностых.
И он правда не задает вопросов, отвозя в город их троих. Ничего не спрашивает о спящем вампире, заклинание на котором теперь поддерживает Саша. Только заламывает цену такую, что приходится вывести часть своих накоплений на карту для того чтобы расплатиться.
Ничего не спрашивает и портье в отеле – просто потому, что Саша вешает на всю троицу отвлечение внимания.
Только по возвращении под утро в номер молчание прерывается.
Миклош нарушает его первым. Впрочем, и не удивительно – у Саши от постоянного поддержания блока, давление на который усилилось после того, как она закинула номер Серафима в черный список, и наведенного на вампира сна, порядком болит голова.
– И что мы теперь будем делать?
Саша обводит глазами их номер, спящего на кровати вампира, старается вспомнить все мелочи невероятно длинного дня… И только пожимает плечами.
У нее много вопросов. И нет совершенно никаких ответов. Ни на один вопрос, и тем более на этот.
Короткий предутренний сон, кофе и быстрый перекус в ресторане напротив отеля не приносят ясности мысли и не разгоняют усталость. Саше хочется свернуться и спать, спать и еще раз спать. А по пробуждению выяснить, что все самом собой разрешилось. Как-нибудь. Пожалуйста.
Вампир по-прежнему в отключке. И Саши нет никаких идей о том, что с ним делать. У нее вообще мало идей, пусть Миклош и явно хочет что-то придумать прямо сейчас. На смену злости пришла усталость. И один-единственный вариант дальнейших действий, медленно занимающий все внимание.
– Все, что я думаю – нужно идти в этот клуб. Я проверила по адресу еще раз. Вампир назвал то же самое место, куда ходил Дмитрий. Там свил гнездо Паук, и я думаю – нужно найти его. Если этот Михаил Бестужев прав и вампир был нужен, чтобы позвать нас, то будет невежливо как-то отказываться от такого предложения.
– Ты хочешь пойти прямо в ловушку, Саша. Если адрес Михаила еще мог быть просто адресом, да и сам Бестужев связан клятвами, то здесь все очевидно.
– А какие варианты? Ждать неизвестно чего? Еще одного агента? Или когда этот неизвестный Советник вмешается? Он ведь тут есть, в этой истории. Все сходится, только неясно, при чем здесь Паук…
