Теперь Саша ощущает отдаленный, но ощутимый гнев.
Его забрали москвичи для показаний и остального до того, как я или Миша успели до него дотянуться. Насколько я знаю, Аркадий все еще у них. Не то хотят осудить по остальным делам, не то ищут подельников из прошлого, не то что-то еще хотят еще узнать. У нас в таких случаях следствие может идти десятилетиями. А он – охотник за силой. Два века или около того преступлений. И по каждому нужно следствие, многие бумаги и процедуры и поиск всех других фигурантов. Это долго. Очень долго. Позволь полюбопытствовать – как вы-то на него вышли?
Саша рассказывает. Скорее просто кидает в сторону связи образы.
Хм. Дай подумать, возможно всплывут какие-то идеи. Заодно узнаю, можно ли поговорить с этим выродком через москвичей.
Второй раз наставник сам связывается с ней уже перед тем, как Саша собиралась выйти из автобуса.
С ублюдком что-то нечисто. Москвичи темнят, так что будьте осторожны. Какой камень он искал я не знаю, в наших базах в вашем районе не должно быть менгиров, но это не значит, что их и правда нет.
Обнадеживающе.
Невеселый смешок.
Не думаю, что ублюдок попробует к вам сунуться. Но все равно будьте осторожны. Да, и еще, Саша…
Да?
Если, я подчеркиваю, если, у тебя будет хоть какая-то возможность не вступать в контакт с камнем, если он вообще здесь есть, то не делай этого.
Почему?
На сей раз ответа приходится ждать дольше. Они с Микой уже почти успевают протиснуться сквозь небольшой стихийный рынок на и дойти до находящийся за ним конюшни, отбившись от продавцов всего нужно и необходимого, начиная от меда и заканчивая шкурами и травами.
Саша злится все это время, понимая, что несмотря ни на что, наставник все еще считает, что она неспособна справиться с происходящим. Что ее сила опасна, как и она сама.
Саша, – в образах Серафима чувствуется мягкость, – не ершись. Дело не в тебе и не во мне. Дело в том, что, во-первых, знания, приносимые в разум менгиром, могут быть слишком масштабны для того чтобы справиться с ними без потерь. Ты и так рисковала потеряться в чужих образах в Пензе. И я не факт что смогу помочь. Это первое. Второе – боюсь, это на руку Пауку. И третье, что самое важное – шила в мешке не утаишь. Москвичи, по крайней мере некоторые, сложили обе истории, и им не нравится то, сколько у тебя сил. И если их станет еще больше, то внимание не самых приятных личностей станет еще пристальнее. Решать тебе и я понимаю, что иногда ситуация складывается так, что есть только не самые лучшие варианты. Я просто хотел предупредить.
Несколько секунд Саша колеблется. Потом все-таки успокаивается, чувствуя, что поднимающийся гнев не имеет, в общем-то, под собой никаких оснований.
Силовой нервоз или как его там. А ведь если решат, что она не контролирует себя и имеет столько силы… И ведь и правда – не контролирует. Хотя бы потому что сейчас под неодобрительным взглядом Миклоша вокруг Саши вилась пыльная буря. Маленькая совсем, но видная невооруженным глазом.
Мда уж. Ходячая бомба.
Ну. Ты сможешь с собой совладать, Саша, сколько бы силы не имела. Но есть те, кто знают тебя куда хуже.
