Северус ударил себя по лбу. Это же детеныш местных домовиков. Хм. Местных домовиков. Получается — сирота. Мать погибла сегодня, а отец неизвестно где скитается с Поттером. Надо было его сразу отправить к эльфам в Хогвартс. Кто тут с ним будет возиться? Придется кого-то вызвать завтра с утра. Снейп уже собрался идти дальше, но тут:
— Глим-глим! Дю-дю-ка! Ам-ам! З-з-з-з-з…
Вот это «ам-ам» заставило зельевара остановиться.
«Есть, что ли, хочет? Или пить? — подумал он нерешительно. — Дементор! Навязался этот щенок на мою голову!»
Он плюнул с досады и решительно толкнул дверь.
Небольшая каморка была забавно освещена маленькими солнышком и луной. Оба светила висели рядышком, подвешенные к потолку. Зеленое солнце и зеленая луна. Ага. Очень похожи на настоящие. Прямо копии. Зельевар невольно усмехнулся.
Кроватка эльфийского детеныша ничем, кроме размеров, не отличалась от аналогичных конструкций у людей. Сам нарушитель тишины и спокойствия оказался и вовсе крохотным. Игрушечные ручки и ножки торчали из худенького туловища… тоненькую шейку венчала непропорционально-большая голова с огромными черными глазами… огромные уши, как паруса в штиль, свободно полоскались на лысой головке.
— Так! — звучно произнес Снейп, разглядывая плод эльфийской любви. — Экий ты доходяга, братец!
— Дю-дю-ка! — бодро отозвался малыш, умильно таращась на недовольного зельевара.
— Н-да. Такие, брат, дела. Что тебе тут мать твоя оставила? — Снейп шарил взглядом в поисках рожка, бутылочки с молоком или чего-то, напоминающего еду для младенца.
— Ви-ка? — с отчетливой вопросительной интонацией спросил эльфеныш, наклонив голову на тощее плечико. — Ам-ам!
Он нырнул головой в одеяльце, с такой быстротой, что Снейп еле удержался, чтобы не кинуться его подхватить. Чувства зельевара летали, как маятник часов: от острого сочувствия до брезгливого пренебрежения. Он и человеческих-то детей с трудом переносил, а этот червяк лопоухий и вовсе не вызывал у него симпатии. Разве что жалость. Но жалеть, как говорится, лучше на расстоянии…
Меж тем эльфийское дитя вынырнуло из одеяла с пустой бутылочкой в руке.
— Най-най-най-най! — заблажило оно тоненько.
Просит есть, значит. Растерянный и обозленный Северус затравленно огляделся.
— Да нет у меня ничего, — пробормотал он умоляюще.
— Вай-вай-вай-вай! — сменил пластинку паршивец.
Или паршивка. А, черт, да какая разница. Делать-то что? Спуститься вниз — еду поискать?
Детеныш тем временем, видя, что от этого большого «дю-дю-ки» толку мало, наклонил пустую бутылочку и поднес ее ко рту. Снейп сморщился от чувства беспомощности.
— Ви-ка! — наставительно произнес малыш. — Глим-глим!
И щелкнул пальцами, засранец. Сквозь синеватый дымок, окутавший кроватку и ее обитателя, Северус увидел, что бутылочка мгновенно стала полной и эльфеныш, ухватив ее покрепче обеими руками, принялся бодро переправлять ее содержимое в свой тщедушный живот.
— Ну и нахал же ты, братец! А я-то стою тут, как дурак.
Снейп повернулся и двинулся к выходу. Позади него немедленно раздался стук упавшей бутылочки и писк эльфеныша. Зельевар оглянулся и с подозрением уставился на младенца. Тот жалобно хныкал и тянул ручонку через перегородку кроватки к уроненной бутылочке. Снейп обреченно вздохнул, поднял бутылку и вложил ему в руки. Эльфеныш быстро схватился за нее, заодно вцепившись в большой палец «дю-дю-ки». Зельевар попробовал оторвать свой палец, но для этого надо было вырвать бутылочку изо рта младенца. Пришлось смириться и ждать, пока маленький хитрец насытится. Дождался. Эльфеныш оттолкнул от себя пустую бутылку и вцепился в палец зельевара уже двумя руками.
— Глим-глим-глим! — удовлетворенно пробормотал лысый бесенок, обворожительно улыбаясь своему невольному няню, и положил свою голову ему на ладонь. Этого только не хватало. Снейп невербально призвал из угла комнаты что-то, похожее на табурет, и неловко присел на него, задрав колени куда-то к ушам. Оставалась слабая надежда, что эльфеныш после плотного ужина уляжется спать. Тогда можно будет его потихоньку отцепить от руки и удалиться. Грубо вырывать руку у сироты, который лишился матери не без его, Снейпа, участия, как-то духу не хватало.
Тем временем мелкий засранец, мурлыкая свое «глим-глим», освоил участок руки зельевара от локтя до запястья, который приблизительно равнялся его росту. Обхватив руку, как мартышка ветку (только хвоста не хватало), он щелкнул пальцами, и пушистое одеяло укрыло его с головы до ног. Чертенок засопел.
Снейп смотрел на этого отпрыска эльфа-ретропата и мысли его принимали все более конкретное и практическое направление. Этот полугодовалый щенок демонстрирует прекрасное владение магией. Его обучали? Не верится. Значит, магия подвластна эльфам с самого рождения и совершенствуется она не в результате обучения, как у людей, а в процессе роста. Иначе говоря, каковы потребности — такова и магия. А если, скажем, этот малыш захочет прогуляться в Арку? Держа за руку «дю-дю-ку»? А ведь это шанс! Надо будет завтра же попробовать! И не стоит отдавать его соплеменникам.
