Прошло часа два. По очереди подъезжали дозорные казаки, сообщали, что вокруг все тихо, и лишь иногда на горизонте мелькнет фигурка всадника и скроется опять. Солнце начало клониться на закат, но близ лагеря никто не появлялся. Наконец, когда солнце наполовину ушло за горизонт своим огненным боком, на другом берегу реки показались Никанор Семуха и Тихон Злыга, бешено гнавшие лошадей. Они подскакали к броду и, поднимая кучи брызг, торопливо переправились, соскочили на землю и, тяжело дыша, принялись рассказывать, перебивая один другого:
- Выследили мы их, выследили!
- И купцов видели! Там они...
- Не так далеко отсюда и будет, часа два ехать, не больше.
- А киргизцы вас не заметили?- спросил их Зубарев.
- Да не должны, мы вдоль берега крались. Там речка с высоким камышом возле самого их становища, вот мы и укрылись, и высмотрели все.
- Много кибиток у них там стоит?- покусывая ус, спросил Харитон Зацепа.
- Всего полдюжины насчитали,- возбужденно отвечал Никанор Семуха,- а в самой большой купцы сидят.
- Охрана какая?
- Никакой охраны и нет. Купцы-то без лошадей, куда денутся?
- А может, рядом там целый табор кочует?- недоверчиво покачал головой Гаврила Кураев.
- Был бы кто - увидели, не слепые, поди,- обиженно произнес Тихон Злыга,- да и следов конских нигде не видно.
- Киргизец тот, Садык, следом едет,- сообщил Никанор Семуха,- скоро здесь должен быть. Только у него лошаденка худенькая, едва тащится.
И действительно, на противоположной стороне реки показался, наконец, сам Садык, непрерывно нахлестывая свою загнанную лошадку.
- Вишь, как поспешает,- самодовольно усмехнулся Харитон Зацепа,- я знаю, как их за жабры взять, чтоб не царапались. За ладанкой своей торопится.
Садык, когда переправился и подъехал к казакам, первым делом потребовал вернуть обратно его амулет и выразительно указал на небо, где еще виднелся краешек солнца.
- Забирай, забирай,- вернул ему обратно ладанку урядник,- рассказывай, чего там старшина ваш решил.
Садык объяснил, что завтра утром захваченных в плен купцов привезут на берег реки, где и будет произведен обмен.
- Награду себе просит,- сообщил Харитон Зацепа,- десять золотых монет ему положено, говорит,- посмотрел он на Зубарева.- Чего ему сказать?
- Скажи, что завтра поговорим, когда купцов обменяем,- ответил Иван, с подозрением вглядываясь в хитрые глазки Садыка.
- Пусть он с нами остается,- добавил Кураев,- а то кто его знает, что у него на уме...
Садык, выслушав слова урядника, покорно закивал головой и сложил ладони на груди, как бы выражая полную покорность.
- Пошли, отойдем в сторону,- тронул Ивана Зубарева за локоть Никанор Семуха,- есть у меня мыслишка одна. Не знаю, говорить ли...- почесывая шею и поглядывая себе под ноги, произнес он, когда отошли от костра.
- Говори, коль начал.
- Поглядел я на ихнее становище, помозговал, и думается мне, можно брата твоего и людей остальных освободить ночью.
- Это как же?
- Видишь, гроза идет?- показал Никанор на небо, которое буквально на глазах заволакивало тяжелыми грозовыми сизыми тучами, и в отдалении уже чуть погромыхивало.- Самая ночка для таких дел.
-- Нет, урядник не согласится, да и казаки головами рисковать не станут.
- А мы им ничего и не скажем. Нам больше достанется.
- Чего достанется?- не понял Зубарев, но постепенно до него начал доходить смысл предложения Никанора Семухи. Выходит, он предлагал поделить меж собой выкуп, который они везли за купца.
- Ну, уразумел? А план у меня такой: пообещаем Садыку этому, что, коль он нам поможет, то отблагодарим по-царски...
- Я же говорю, урядник не пустит,- начал сердиться Иван Васильевич,- а без него нам с киргизцем не столковаться. Языка его не знаем.
- Ты ему только деньги покажи, и он все поймет. Ты по-татарски калякаешь, сумеешь объясниться.
- А Тихон согласен?
- Само собой. Когда еще такая удача подвернется. Я еще в Тобольске сразу об этом подумал, когда хозяин предложил. Так бы с чего я поперся к черту на кулички.
- Ну, ты мужик не промах!- покрутил головой Иван.- Посоветуюсь я с поручиком. Может, и он согласится.
-- Тогда на пятерых делить придется,- недовольно сморщился Никанор.
-- Не жадничай, на всех хватит.
Гаврила Кураев, не перебивая, выслушал Зубарева, когда тот выложил ему план освобождения купцов, глянул на темное небо и ответил со вздохом:
- Я ночью, помнится, говорил, что своей смертью вы вряд ли умрете, а сегодня вы являетесь ко мне и подтверждаете правильность сказанного. Но если честно признаться, то мне по душе ваше предложение, и я согласен составить вам компанию. Только предупреждаю сразу, что от всяческой оплаты заранее отказываюсь. Не пристало русскому офицеру таким способом деньги зарабатывать.
- Ваше дело,- сухо отозвался Зубарев, не особо понимая поручика. Уряднику о задуманном говорить не будем?
- Смотрите сами. Все будет зависеть от того, сумеете ли вы объясниться с киргизцем. Думаете, согласится против своих пойти?
- Кто его знает, увидим,- пожал плечами Иван и направился к Садыку.
