— Скажи мне, как достучаться до Мэттью, — сразу же произнёс Тирион. — Если он вернётся до того, как тебя казнят — убеди его в важности работы со мной. То же касается остальных твоих отпрысков. Они затаили на меня некоторую злобу после нашей с тобой прошлой встречи. Даже Коналл, который стоит вон там. — Он дёрнул головой в сторону входа. — Он трепещет передо мной — но не доверяет мне.
— Уж чего я не могу представить, так это того, что я посоветую моим детям доверять тебе, — сказал я ему.
— Послушай, Мордэкай. Ты — отец, настоящий отец. Вот, почему я позволил тебе забрать Линараллу — а совсем не из-за той дурацкой схватки, которую мы провели. В какой-то момент я осознал, что у тебя есть то, что я потерял. Я никогда не был на самом деле родителем. Время, когда это было не так, прошло слишком быстро. Я не могу заменить тебя, но я могу пообещать, что буду защищать их вместо тебя. Что я знаю точно, основываясь на моём собственном никудышном отцовстве — это то, что ты сделаешь что угодно ради их защиты. Ты умрёшь. Я не могу этому помешать. И не буду лгать — лично мне как-то всё равно. Но я уважаю твоё решение обеспечить им лучшее будущее. Скажи им, чтобы они работали со мной. Позволь мне закончить работу, которую не успел закончить ты.
Его ложная искренность заставила желчь подкатить к моего горлу:
— А откуда мне знать, что это не ты убил Лиманда? — бросил я обвинение.
Тирион рассмеялся.
— А мне кажется, что тебе это очень удобно, — объявил я. — Если меня посадят и казнят, то остаётся удобный вакуум власти, который ты можешь заполнить. Избавившись от меня, ты можешь творить что угодно.
Когда он наконец отсмеялся, Тирион ответил:
— Ты слишком много обо мне думаешь. Мне на это не хватило бы хитрости.
— Неужели? — возразил я. — Ты что, забыл свои воспоминания о прошлом? Ты годами ждал, выстраивая планы для отмщения. Ты составил не один, а целых два плана, которые должны были обеспечить гибель Ши'Хар, и оба успешно привёл в исполнение. Я знаю, что ты не дурак. Вообще говоря, я считаю, что облик варвара, который ты всем выставляешь напоказ — это лишь личина, с целью заставить их недооценивать тебя.
— Ты действительно так думаешь? — спросил Тирион.
Я кивнул:
— Остальные могут и принять тебя по ошибке за агрессивного верзилу, но я думаю, что ты лишь прикидываешься — возможно, тебя вдохновляет твоя дочь-психопатка, Бриджид.
Его эйсар вспыхнул, и рука Тириона метнулась вперёд, остановившись у моего горла. Кисть была заключена в смертоносный эйсар, оформленный чарами, вытатуированными на его коже.
— Поосторожнее со словами, — предостерёг он. — Ещё одно слово о моих детях — и я могу и забыть о моём намерении защитить этот мир.
Я спокойно посмотрел ему в глаза:
— Ты это сделал? Ты убил Принца?
Тирион несколько секунд смотрел на меня, затем убрал свой наручный клинок:
— Да какая разница? Даже будь это так, моё обещание тебе — искреннее, а твои варианты — неизменны. Ты лишь поможешь мне, либо умрёшь с осознанием того, что миру осталось жить недолго. Не думаю, что ты будешь вот так вот ставить на кон будущее твоих детей.
Он ушёл, не дожидаясь моего ответа.
Прошла ещё сотня лет, прежде чем свет снова вернулся в мой мир. Я почти надеялся, что это пришли вести меня на суд. Изоляция становилась невыносимой. Единственным признаком того, сколько прошло времени, был тот факт, что еду мне дали лишь один раз, так что наступление дня суда было маловероятным.
Я бы обрадовался даже очередному визиту Тириона, но, к моему удивлению, вошедшая в камеру фигура была исключительно женственной.
— Роуз? — прохрипел я. У меня пересохло горло — выданная мне порция воды давно закончилась.
— Это я, Мордэкай, — тихо ответила она. Затем она обернулась, и окликнула: — Кто-нибудь может дать мне фонарь? Здесь темно, хоть глаз выколи. — Она шагнула наружу, и минуту спустя вернулась, неся в руке лампу. Стена снова стала непроницаемой, после чего Роуз направила всё своё внимание на меня: — Выглядишь ужасно.
— Тебе не следует здесь быть, — сказал я ей. — Пойдут разговоры.
— Посетителей к тебе не пускают, — сказала Роуз.
— Тогда как ты здесь оказалась?
— Я — твой адвокат, — самодовольно сказала она. — Пусть говорят что хотят, но я не могу выполнять свою работу, не общаясь с тобой.
— Ты зря тратишь время. Они уже всё для себя решили. Я вижу только одну причину, по которой они пока ещё меня не повесили — они пока не могут решить, какую верёвку использовать.
Роуз неодобрительно посмотрела на меня:
— Мы уже говорили об этом, Морт.
— Что, правда? — удивлённо спросил я.
Она кивнула:
— Да, когда тебя судили в прошлый раз. Надеюсь, в этот раз ты более тщательно прислушаешься к моему совету.
— Ты безнадёжна, — сказал я, вздыхая.
Она улыбнулась:
— Обо мне и менее приятные вещи. — Разгладив юбки, она села рядом со мной.
— Сомневаюсь, — отозвался я. — Никто бы не посмел.
— Ты будешь удивлён, — пробормотала она так тихо, что я едва расслышал.
— Что ты сказала?
— Ничего, — произнесла Роуз. — У нас есть более важные темы для обсуждения. Мне здесь можно провести лишь ограниченное время.
