— Вам на запугать меня слухами, Леди Хайтауэр, — сказала тюремщик. — Что бы эти женщины там ни наговорили, это всё ложь.
Роуз улыбнулась, показав ему длинный ряд белых зубов в выражении лица, которое было далеко не дружелюбным:
— Думаешь, мне не всё равно? Что я, по-твоему, могу доказать, роли не играет. Если вынудишь меня, я тебя уничтожу. Лучшее, на что ты можешь надеяться — что тебя вышвырнут, но я позабочусь о том, чтобы этого не случилось. Я сделаю так, что ты окажешься в одной из тех камер, которые ты так добродетельно стережёшь.
Тюремщик ещё не был готов сдаваться:
— Всё, хватит. Я зову стражу.
— Великолепно, — сказала Роуз. — Зови Королевскую Гвардию, мне есть, о чём поговорить с их капитаном, Сэром Харолдом. Ты знал, что он — мой друг? Рыцари Шипа были названы в честь моего дорогого почившего мужа. Харолд очень мне должен. Или ты бы предпочёл позвать Городскую Стражу? Ох, это было бы совсем нечестно, так ведь — их капитан отчитывается непосредственно передо мной. Ты точно всё хорошенько продумал, Рэйган?
Лицо надзирателя побледнело:
— Я потеряю должность, если кто-то узнает, что я нарушил правила.
Роуз запустила руку в корзину, вытащила тяжёлый кошель, и кинула ему:
— Это — на случай твоей отставки, если она произойдёт, что маловероятно. Я не буду относить ему ничего зловещего. Просто еда и кое-какие удобства, чтобы он не замёрз до суда. — Она протянула корзину для осмотра: — Если хочешь, можешь сам всё проверить.
Рэйган притворился, что обыскивает содержимое корзины. Пока он этим занимался, Роуз изучала его кабинет.
— А это что за шкафы? — спросила она.
— Там мы храним их пожитки. — Он приподнял своё ожерелье, выставив напоказ кольцо с ключами, которыми демонстративно потряс. — Они надёжно и безопасно там лежат. Когда наши гости съезжают, мы им всё отдаём. — Он засмеялся, будто только что пошутил.
Роуз ничего смешного в его словах не нашла:
— Через несколько дней Лорда Камерона найдут невиновным. Позаботься о том, чтобы его вещей никто не касался.
Надзиратель фыркнул:
— Как пожелаете, миледи.
Она огрызнулась, когда он начал вытаскивать из корзины жаренную прицу, которую Роуз принесла:
— Это не для тебя.
Разочарованный, он отпустил еду, и вернул корзину обратно:
— Ладно. Можете проносить это внутрь.
Роуз снова улыбнулась, на это раз более искренно:
— Спасибо, Рэйган. — Она покинула кабинет, но у двери обернулась, бросив: — Кстати, отныне его время посещения — час. Получаса слишком мало.
Тюремщик кивнул, закрыв лицо ладонью:
— Пожалуйста, уходите, миледи.
Она так и сделала, но шагая по коридору, она услышала, как он тихо выругался себе под нос, почти за пределами её слышимости: «Леди Хайхор». Заскрипев зубами, она пошла дальше. Когда она добралась до цели, на страже стоял Тирион, а помогал ему один из его почти похожих на людей крайтэков.
— Леди Хайтауэр, — сказал он, с улыбкой отвесив лёгкий поклон. — Я так и чувствовал, что вы скоро вернётесь. Как вам удалось пронести сюда эту корзину?
— Мастер Рэйган пересмотрел свои правила, — отозвалась она. — Время на посещение было увеличено до часа.
Тирион недоверчиво посмотрел на неё:
— Неужели?
— Если есть сомнения — он всё подтвердит, — ответила Роуз.
Тирион осклабился:
— Вы — как природное явление, Леди Роуз. Вы успели обдумать моё предложение?
На миг она замерла, ей не хотелось отвечать на вопрос. Однако она уже успела всё продумать. Элиз и Карисса жили в её городской резиденции; ей нужно было лишь отослать Анджелу на вечер. «Всё, что угодно», — молча повторила она про себя.
— Да, успела, — гладко произнесла Роуз. — Когда закончите здесь, можете заглянуть ко мне этим вечером.
— Жду с нетерпением, — сказал Тирион.
«В отличие от меня», — подумала Роуз, избегая смотреть ему в глаза.
— Пожалуйста, открой камеру.
Свет омыл меня, застав врасплох посреди одной из моих непрерывных грёз. Сперва я подумал, что мне почудилось, но затем я услышал её голос:
— Мордэкай? Ты не спишь?
Я попытался сесть, но тело моё было онемевшим и неуклюжим. Дёрнувшись, я едва не упал на пол, но тёплая рука поймала меня за плечо, не дав свалиться. Моргая от чересчур яркого света, излучаемого фонарём, я посмотрел на неё:
— Роуз, зря ты пришла.
— Боги, Морт! Какой же ты холодный, — воскликнула Роуз. Она провела руками по моей груди, затем ощупала мои ноги, и начала тереть ступни. — И ступни у тебя ледяные.
— Когда жжение проходит, уже совсем не так плохо, — пробормотал я.
— Ты можешь сесть? — спросила она.
Я одарил её вялой улыбкой:
— Конечно, — сказал я, и почти смог сесть, хотя ей и пришлось помочь мне на полпути. После этого она зашуршала в своей корзине, и вытащила что-то, прежде чем разложить это что-то частично на скамье.
— Мну нежно, чтобы ты ненадолго встал, — сказала она мне. — Положи руки мне на плечи.
