— Да. «Виатус» занимался исследованием проблемы катастрофического разрушения колоний общественных насекомых. Не сомневаюсь, вам известно об этой глобальной проблеме. В Европе и Соединенных Штатах исчезло свыше трети всех медоносных пчел; они покинули ульи и больше не вернулись. В некоторых районах численность пчел сократилась больше чем на восемьдесят процентов.
— А пчелы опыляют фруктовые деревья, — сказал Монк, начиная понимать.
— И не только фруктовые деревья, — вмешался Крид, сидящий рядом. — Фундук, авокадо, огурцы, соя, тыква. На самом деле треть сельскохозяйственных культур, выращиваемых в Соединенных Штатах, опыляется насекомыми. Так что если исчезнут пчелы, исчезнут не только фрукты.
Монк понял интерес Карлсена к проблеме катастрофического разрушения колоний общественных насекомых. Тот, кто контролирует пчел, контролирует еще один значительный сегмент производства продовольствия.
— Вы хотите сказать, что именно по вашей вине гибнут пчелы?
— Нет. Но я знаю, в чем причина этой массовой гибели, и «Виатус» как раз намеревался использовать это в своих целях.
— Подождите секундочку. — Монк подсел ближе. — Вы говорите, вам известно, что убивает пчел?
— Большой тайны в этом нет, мистер Коккалис. В средствах массовой информации излагаются самые разнообразные сенсационные теории — клещи-паразиты, глобальное потепление, загрязнение окружающей среды, даже действия инопланетян. Но на самом деле все гораздо проще — причем это уже доказано. Однако средства массовой информации предпочитают обходить вниманием это объяснение, сосредоточившись на сенсациях.
— Так что же вызывает массовую гибель пчел?
— Инсектицид под названием имидаклоприд, или ИМД. Монк вспомнил кодировку на огромных ульях. На всех табличках присутствовали одни и те же три буквы: ИМД.
— Многочисленные исследования убедительно доказали, что виной всему именно это химическое вещество, а также его аналог под названием фипронил. В две тысячи пятом году Франция запретила использование обоих препаратов, и в течение следующих нескольких лет численность пчел быстро восстановилась, в то время как во всем остальном мире ульи продолжают пустеть. — Карлсен обвел взглядом сидящих в салоне. — Но разве никто из вас об этом не слышал?
Все молчали.
— Да, эта новость не заслуживает того, чтобы ее выносили на первую полосу, — грустно усмехнулся Карлсен. — Подумаешь, имидаклоприд, фипронил. Разве это может сравниться с инопланетянами? Средства массовой информации до сих пор никак не откликнулись на успехи французских пчеловодов. Что мне как раз на руку. От ИМД тоже есть своя польза.
Монк нахмурился.
— Меньше пчел, меньше продовольствия.
— Со временем даже журналисты дойдут до правды, так что «Виатус» продолжал исследование этих веществ — с целью внедрить ИМД в нашу кукурузу.
— Точно так же, как корпорация «Монсанто» ввела свой гербицид «Раундап» в генетически модифицированные сорта зерновых, — добавил Крид. Несомненно, он был знаком с этими исследованиями.
— Так что даже если ИМД когда-нибудь запретят, — догадался Монк, — вы все равно сможете регулировать численность пчел.
Карлсен кивнул.
— И тем самым производство продовольствия.
Монк откинулся назад. Этот человек был чудовищем, но чудовищем гениальным.
Однако Пейнтеру нужно было заполнить все пробелы. Он подошел к Карлсену с другой стороны:
— Но «Виатус» занимался не только внедрением инсектицидов в кукурузу.
— Как я уже сказал, мы работали над многими проектами.
— В таком случае расскажите мне про мумии из торфяника — про грибы, обнаруженные у них в телах.
Взгляд Карлсена тревожно заметался.
— Как компания, занимающаяся биотехнологиями, мы каждый год изучаем тысячи новых химических веществ, которые поступают к нам со всего света. Но эти древние грибы… — Его голос наполнился восхищением. — Они просто поразительные. Их химическая природа и генетическая структура идеально соответствуют моим целям.
Пейнтер не мешал ему говорить, ожидая услышать что-нибудь новое.
— Из этих высохших тел мы извлекли споры, сохранившие всхожесть.
— По прошествии такого времени? — поразился Монк. Карлсен пожал плечами.
— Этим мумиям всего тысяча лет. В Израиле ботаники вырастили финиковую пальму из косточки, которой больше двух тысяч лет. А торф является великолепным консервантом. Так что нам действительно удалось вырастить из спор грибы и исследовать их свойства. Изучение останков также показало, каким образом грибы попали в тела.
— И каким же?
— Вместе с пищей. Наш патологоанатом, в прошлом работавший в криминалистике, определил, что эти люди умерли от голода, однако их желудки были полны ржи, овса и пшеницы. Но все было поражено грибами. Они являются очень агрессивным разрушителем зерновых, подобным спорынье, злейшему врагу пшеницы. Эти грибы способны заразить любое растение. И все ради одной цели.
— Какой же именно?
