Омаха взглянул на часы.
– У нас осталось чуть больше двадцати минут.
– Успеем. Там только песок и мелкие камешки. Если за работу одновременно возьмутся несколько человек...
Пейнтер ощутил прилив азарта.
– Давайте копать! – поддержал он Сафию.
Меньше чем через минуту расположившиеся кольцом землекопы принялись за работу. Сафия стояла в стороне, оберегая висящую на перевязи руку.
– Ну сейчас-то ты наконец соизволишь объясниться? – спросил Омаха.
Сафия кивнула.
– Мне нужно было убедиться наверняка. Мы с самого начала видели все наоборот. Нам известно, что под Убаром разверзся карстовый разлом, поглотив полгорода, после чего жители бежали, объятые суеверным страхом перед божьим гневом. И после этого природного катаклизма последняя царица Убара запечатала его сердце, оберегая тайну.
– Ну и? – спросила Кара, стоявшая рядом с ходжей.
– А вас нисколько не удивляет, что ворота так кстати уцелели, пережив разразившуюся катастрофу? Что после бегства горожан царица осталась здесь одна и выполнила все эти таинственные священнодействия: укрыла ворота так, чтобы их нельзя было обнаружить, а затем изготовила ключи и спрятала их в священные на тот момент места?
– Ну конечно, это довольно странно, – согласилась Кара.
Омаха просиял.
– Я понял, к чему ты клонишь, – воскликнул он, хватая Сафию за здоровую руку. – Мы смотрели на все задом наперед.
– Может быть, кто-нибудь все же объяснит нам, простым смертным, в чем дело? – нетерпеливо спросил Пейнтер, раздраженный тем, что Омаха тоже увидел ключ к разгадке.
Заговорил Омаха:
– Хронология была обратной. Извечная проблема о курице и яйце. Мы были уверены, что карстовый разлом стал той причиной, по которой Убар был запечатан.
– А теперь взгляните на все в другом свете, – добавила Сафия. – Поставьте себя на место царицы. Какое дело царскому дому до этой катастрофы? Истинное богатство Убара, источник его могущества находится не здесь. Царица могла просто отстроиться на новом месте. У нее для этого были и деньги, и могущество.
Ее рассказ подхватил Омаха. Чувствовалось, что эти двое привыкли работать согласованно.
– Сам город не имел значения. Он был лишь маской, скрывающий истинное лицо Убара. Фасадом. Инструментом.
– Которому нашли новое применение, – снова заговорила Сафия. – Именно с его помощью скрыли ворота.
Кара покачала головой. Судя по всему, она, как и Пейнтер, до сих пор ничего не понимала.
Омаха вздохнул.
– Что-то по-настоящему напугало царицу, заставив отказаться от богатства и силы Убара, вынудив ее и ее потомков вести полукочевую жизнь, обитая на задворках цивилизации. Неужели вы думаете, что причиной всего этого мог быть такой пустяк, как карстовый разлом?
– Наверное, нет, – согласился Пейнтер.
От него не укрылся восторженный азарт, объединивший Сафию и Омаху. Они находились в своей стихии. А он, исключенный, был чужаком, наблюдающим со стороны. Его охватила ревность.
Нить разговора опять подхватила Сафия.
– Что-то напугало царский дом – настолько, что царица решила спрятать Убар от остального мира. Я не знаю, что это было, однако действовала она не торопясь, без спешки. Только посмотрите, какими четкими были ее действия впоследствии. Она подготовила ключи, спрятала их в священных местах, окутав загадками. Разве это похоже на необдуманные действия человека, которого внезапно посетила беда? Все было тщательно рассчитано, подготовлено и претворено в жизнь. То же самое можно сказать про самый первый шаг к закрытию Убара.
Она посмотрела на Омаху, и тот заполнил последний пробел:
– Царица сознательно вызвала обрушение разлома.
Последовало мгновение всеобщего изумления.
– Она сама уничтожила свой город? – наконец обрела дар речи Кара. – Почему?
Сафия кивнула.
– Город был лишь средством достижения конечной цели. И именно для этого царица использовала его. Для того, чтобы похоронить ворота Убара.
Омаха обвел взглядом возвышающиеся вокруг стены.
– Этот поступок также имел психологический смысл. Природный катаклизм прогнал жителей из Убара, напугал их так, что они больше не смели приближаться к заброшенному городу. Готов поспорить, царица сама распространяла слухи о божьем гневе. Разве можно найти лучший способ повесить на этих местах своеобразную религиозную табличку: "Проход воспрещен"?
– И как вы до этого дошли? – спросил Пейнтер.
– Это было всего лишь предположение, – сказала Сафия. – Мне требовалось его проверить. Если провал был устроен умышленно, чтобы что-то спрятать, значит, это что-то должно находиться именно здесь. А поскольку металлоискатели ничего не обнаружили, значит, предмет зарыт слишком глубоко или там должна быть какая-то полость.
Пейнтер взглянул на землекопов.
Сафия продолжала:
– И, как это было в гробницах, царица укутала вехи символами и легендами. Возьмем, к примеру, первый ключ – железное сердце, символизирующее сердце Убара. В большинстве древних городов Востока сердцем общественной жизни был колодец. Поэтому царица спрятала Врата Убара в колодце, похоронила их в песке, подобно тому как было заключено в глыбу песчаника железное сердце, а сверху обрушила карстовый разлом.
