– Замечательно! Понимаю, что следующий вопрос может показаться странным. Но нет ли здесь где-нибудь иероглифов, начертанных его рукой?
Девушка удивленно подняла брови:
– Вообще-то есть, преподобный отец. – Она повернулась к боковому выходу. – Наверху, в часовне Святого Евстахия. Если хотите, я вас туда провожу.
Новак кивнул, стараясь скрыть свое возбуждение:
– Мы будем вам очень признательны.
Монахиня провела гостей мимо алтаря к небольшой деревянной двери и открыла ее, пропуская их вперед. Маленький дворик позади церкви был залит ярким солнечным светом. Мощенная щебнем тропинка вела через сад с одичавшими оливами и розами, среди которых тут и там стояли мраморные изваяния.
– Если вы пойдете по этой тропинке, – объяснила сестра Клара, – то дойдете до развилки. Налево будет лестница, ведущая к пещере Святого Бенедикта, а справа вы найдете Скала Санта, Святую Лестницу. Эти мраморные ступени поднимаются к часовне Святого Евстахия.
– Благодарю вас, сестра Клара. – Кивнув девушке, Грей первым двинулся по дорожке.
Монахиня остановила шедшего последним Роланда, прикоснувшись к его руке:
– Вы спрашивали о
– Это действительно очень интересно, – сказал Новак. – Спасибо, сестра Клара.
Смущенно улыбнувшись, монахиня поклонилась, отступила назад и закрыла за собой дверь.
Роланд же поспешил догнать Грея.
– Что она хотела? – спросила Лена, поравнявшись с ним.
– Да так, возможно, ничего существенного; но я, занимаясь материалами об отце Кирхере, уже встречал имя Николаса Стено, – рассказал священник. – Это был датский ученый, на несколько десятков лет моложе отца Атанасия. Они работали вместе и стали близкими друзьями. Но, что самое любопытное, областью исследований Стено было то, что в наши дни назвали бы палеонтологией. Он изучал окаменевшие останки, древние кости и тому подобное.
– Вы полагаете, что, если отец Кирхер действительно забрал то, что считал останками Евы, он мог привлечь к этому своего друга! – догадалась Крэндолл.
Они подошли к развилке и встретили там Грея. Роланд указал на крутую мраморную лестницу, уходящую вправо.
– Судя по рассказу сестры Клары, у этих двоих была какая-то тайна, связанная с часовней.
Пирс уже успел осмотреть другую тропу, ведущую к отвесной скале с темнеющей в ней вертикальной расселиной.
– Должно быть, это и есть знаменитый грот. – Он указал на застекленный склеп у входа, заваленный костями и черепами. – А это что такое?
– Оссуарий, – объяснил отец Новак. – Если верить путеводителю, здесь хранятся останки монахов, живших в обители. Надпись на мраморном постаменте гласит: «Помните: кто вы сейчас, мы такими были. Кто мы сейчас, вы такими станете».
– Верное замечание, но все же есть в нем что-то зловещее. – Грей направился к ведущим наверх мраморным ступеням.
Двинувшись следом за ним, Лена оглянулась на хранилище мощей.
– Будем надеяться, сами мы в ближайшее время не превратимся вот в это.
Отец Роланд улыбнулся.
Грейсон повел своих спутников по крутым ступеням Скала Санта. Белые мраморные плиты были стерты бесчисленным количеством сандалий, башмаков, сапог, ботинок и прочей обуви, прошедшей по ним на протяжении многих столетий. Лишь невысокая стенка слева оберегала путников от падения с отвесной скалы.
– Теперь я понимаю, почему этот подъем называется Святой
– Эти ступени были призваны бросить вызов паломникам, желающим подняться к часовне, – тяжело дыша, согласился Роланд.
– Определенно, свое дело она делает! – усмехнулась женщина.
Новак поднял взгляд, прикрывая глаза козырьком ладони. На фоне голубого неба маленькая часовня, крытая черепицей и прилепившаяся к скале, нависающей над соседней долиной, казалась аскетической и строгой. Четыре сводчатых окна выходили на все четыре стороны света.
Добравшись, в конце концов, до двери, Роланд обнаружил, что задыхается. Остановившись, чтобы перевести дух, он обвел взглядом белые скалы и заросшие хвойными деревьями склоны. Легкий ветерок донес до него свежий запах сосен. Наконец священник повернулся к двери часовни, испытывая легкое беспокойство.
