– Она разорвалась в пещере внизу, – добавил Роланд. – У меня до сих пор звенит голова от того взрыва.
– Но, по крайней мере, наши головы остались целы, – улыбнулась Крэндолл.
– А что с бронзовой богоматерью Кирхера и скелетом?
– Мы проверили… перед тем как вы свалились на нас. – Отец Новак покачал головой. – Судя по всему, граната разорвалась у ног Богородицы. Статуя лежит на земле, изуродованная и обугленная.
– А костям досталось еще больше, – тяжело вздохнула Лена. – Взрыв превратил их в пыль и обугленные кусочки. Однако у нас сохранилось то, что мы забрали с собой. Будем надеяться…
Ей не дал договорить выстрел, прогремевший снаружи.
Роланд бросился было к двери, но Сейхан, сперва оттолкнув Крэндолл в глубь часовни, затем отпихнула в сторону и его.
Она направила пистолет на уходящие вниз ступени… и громко выругалась.
Новак осторожно приблизился к окну, откуда открывался вид на внутренний двор церкви. На земле лежала распростертая монахиня. Отец Роланд успел заметить, как маленькая фигура перескочила через забор и скрылась из виду.
– Что случилось? – спросила Лена.
Сейхан без объяснений выскочила из часовни и побежала вниз по Святой Лестнице.
Грей заковылял следом за ней.
– Оставайтесь здесь! – приказал он Крэндолл и Новаку.
Когда те остались одни, священник вопросительно посмотрел на свою спутницу.
Та прикусила губу, затем решительно тряхнула головой:
– К черту!
Хотя сам Роланд употребил бы другие слова, он был согласен с нею. Священник уже вдоволь насиделся в темноте в беспомощном ожидании. Они с Леной решительно вышли из наполненной дымом часовни на солнечный свет и побежали вниз к церкви.
Сейхан добралась до внутреннего двора первой, намного опередив всех, и опустилась на корточки перед распростертым телом. Это была сестра Клара. Сжимая одной рукой пистолет, Сейхан другой ощупала монахиню.
Новак и Крэндолл лишь на несколько шагов отстали от Грея, который едва держался на ногах.
– Что произошло? – спросил он, спеша к своей напарнице.
Сейхан обернулась. На лице у нее бушевали самые разные чувства, в основном черные и яростные.
– Эта сучка воспользовалась моим ножом, – смущенно объяснила она. – Вытащила его из своей ноги и пырнула сестру Клару. Мне в голову не пришло обыскать ее перед тем, как отправиться к вам!
Роланд рассудил, что эта оплошность была в значительной степени обусловлена беспокойством за напарника. Он присел на корточки рядом с Кларой и, осмотрев молодую монахиню, с облегчением отметил, что она жива, хотя и тяжело ранена. На лице ее застыла маска боли, а черную рясу насквозь пропитала кровь, растекающаяся вокруг торчащего у нее в животе стального лезвия.
– Я пыталась в нее выстрелить… – прохрипела сестра Клара, схватив Новака за рукав. – Все произошло слишком быстро…
– Всё в порядке, – успокоил ее священник.
– Преподобный отец, простите меня! – с мольбой посмотрела на него монахиня.
– Ты ни в чем не виновата, дитя мое. – Роланд оглянулся на своих спутников, не зная, что делать дальше.
Вдалеке послышалось завывание сирен, приближающихся со стороны долины. Из церкви выбежали еще две монахини. Одна несла красный пластмассовый чемоданчик с аптечкой первой помощи.
– Нам нужно уходить отсюда, – предупредила Сейхан, поднимаясь на ноги.
– Но сестра Клара… – с сомнением произнесла Лена.
Роланд стиснул руку раненой, тоже не желая оставлять ее.
– Не думаю, что были задеты жизненно важные органы, – заверила их обоих Сейхан. – И помощь уже близко.
Ее слова казались бессердечными, однако Новак уловил в голосе женщины боль и чувство вины.
Слабые пальцы стиснули ему руку. Сестра Клара посмотрела на него, а затем перевела взгляд на остальных.
– Уходите! – прошептала она еле слышным, но полным решимости голосом. – Кто бы ни были эти
– Обещаю, – заверил ее священник.
Лена молча кивнула.
Получив согласие сестры Клары, Роланд встал и отступил в сторону, оставляя молодую монахиню на попечение других сестер, и повернулся к Грею и Сейхан. Новак не знал, куда приведет его все это, но в одном он был твердо уверен:
«Это обещание я сдержу».
– И куда это нас везут? – проворчал себе под нос Ковальски.
Мария покачала головой, пребывая, как и он, в полном неведении. Она сидела рядом с великаном в кузове электрокара, петлявшего по лабиринтам подземного комплекса. Заметив, как Джо трогает повязку на лице, Крэндолл вспомнила его рассказ про то, как Баако набросился на него. Но также она вспомнила и поданный украдкой знак, опровергавший эти слова.
«Я лгу».
Она не находила себе места от тревоги за обезьяну, усугубленной чувством вины. Мария представила себе своего мальчика, одного в этом незнакомом чужом месте… Наверное, он в ужасе. Женщине хотелось прийти к нему, утешить его, однако в настоящий момент они направлялись не туда.
