Для организации массовых беспорядков на территории России западными спецслужбами подготовлен большой отряд, состоящий из бывших спецназовцев. Каждому бойцу вживлен подкожный микрочип, управляемый суперкомпьютером. Эти зомби способны выполнить любой, самый невероятный и жестокий приказ. Но «универсальные солдаты» имеют один существенный недостаток. В руки полковника ФСБ Дмитрия Корсакова попал специалист, который вживлял микрочипы, и значит, поведение зомби можно контролировать…
Все имена, фамилии, прозвища действующих лиц, равно как и названия городов, площадей, благотворительных фондов, политических партий и т. д. вымышлены. Любые совпадения случайны.
Операция была разработана досконально, с большим профессионализмом, а потому протекала гладко, без сучка без задоринки. К половине десятого вечера оперативники ФСБ и приданные им в усиление бойцы группы «Омега» скрытно рассредоточились вокруг загородной усадьбы благотворительного фонда «Прометей». А когда полностью стемнело, получили по рации приказ «Поехали» и тенями заскользили вперед, отлично ориентируясь на заранее изученном объекте. Два дня назад руководитель операции полковник Корсаков безжалостно гонял их пять часов подряд в учебном центре ФСБ. Моделировал различные ситуации, давал неожиданные «вводные» и в итоге замучил подчиненных, как сержант-зверюга молоденьких новобранцев. Но зато теперь они чувствовали себя как рыбы в воде и от всей души благословляли полковника, которого не так давно материли. (Мысленно, разумеется.)
Первой жертвой «теней» стала внешняя охрана фонда – восемь хорошо вооруженных бойцов в камуфляжах. (Все сплошь профессиональные наемники.) Благодаря внезапности и быстроте нападения они не сумели воспользоваться оружием и даже не поняли, что, собственно, произошло. Лишь один, самый здоровый успел издать слабый, задушенный хрип. Несколько «теней» сноровисто оттащили неподвижные тела за ограду. Остальные двинулись дальше…
Итак, внешняя охрана пала.
– Три «двухсотых», остальные «теплые». У нас без потерь, – прошептала рация в машине, находящейся от усадьбы метрах в четырехстах и умело замаскированной среди деревьев. – Заходим внутрь.
– С богом! – шепнул в ответ руководитель операции, высокий, сероглазый, светловолосый атлет и обратился к сидящему рядом командиру «омеговцев»: – Ты чего такой кислый? Живот прихватило?
– На сердце кошки скребут, – не обратив внимания на подколку, ответил тот.
– Но пока вроде все нормально!
– Вот именно – пока и вроде.
– Пессимист ты, Андрюха, – заметил Корсаков, – хотя… знаешь… если честно… У меня тоже на душе не спокойно! Сам не пойму отчего!!! Или это паранойя развивается у нас, у обоих?! При длительной службе в нашей системе….
– Вошли внутрь, продолжаем зачистку, – прервав его речь, вновь зашипела рация.
– Результаты? – лаконично осведомился полковник.
– Три «двухсотых», два «трехсотых». Они тут гораздо шустрее, чем на улице. Один из наших легко ранен, ножом в шею по касательной.
– С охраной больше не церемоньтесь. Работайте по нулям, – разрешил Корсаков. – Только потерь нам не хватало!!! Итак за последнее время… Впрочем, ладно, – прервал он сам себя и добавил: – Но остальных, вплоть до дворника, обязательно живьем!
– Понял! – радостно прошелестел в ответ оперативник и «ушел» с частоты.
– Тринадцать «псов» выбыли из строя, – заметно повеселел спецназовец. – Осталось четверо… Думаю, зря мы с тобой беспокоились… Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не сглазить!!!
Полковник промолчал, отрешенно глядя куда-то вдаль…
