Отрицание смерти полностью

Это блестящее предположение позволяет нам понять некоторые из идеальных мотивов гомосексуальности не только греков, но и особо индивидуалистичных и творческих личностей, таких как Микеланджело. В этом случае, по-видимому, гомосексуализм не имеет ничего общего с половые органами возлюбленного, а скорее представляет собой стремление обеспечить собственное перерождение в «максимально возможном подобии», которое, как говорит Ранк, можно с большей вероятностью найти в представителе своего пола⁴⁷. Как следует из нашей дискуссии, мы можем видеть, что эта попытка представляет собой законченный проект causa sui: создание в одиночку своей духовной, интеллектуальной и физически подобной копии. То есть это – прекрасно индивидуализированный символ самосохранения или бессмертия.

Если комплекс кастрации представляет собой признание ребенком того, что его животное тело является несостоятельным проектом causa sui, то что может быть лучше, чем бросить вызов телу, полностью отказавшись от его сексуальной роли? В этом смысле извращения были бы равны полной свободе от страха кастрации; они являются гиперпротестом против видового единообразия. Но Рэнк так старался подчеркнуть положительную, идеальную сторону извращения, что у него почти получилось скрыть общую картину. Мы больше не древние греки, и очень немногие из нас подобны Микеланджело; одним словом, над нами больше не доминируют идеальные мотивы, и при этом мы не обладаем высшими силами гения. Рутинные извращения – это протесты, вызванные слабостью, а не силой; они представляют собой банкротство таланта, а не его квинтэссенцию. Если невротик является неудавшийся художник обычный гомосексуалист – это «неудавшийся грек», то есть Микеланджело без реальной силы и таланта. Извращенец – неуклюжий художник, отчаянно пытающийся создать иллюзию, сохраняющую его индивидуальность, но внутри его талант и сила ограничены: отсюда страх сексуальной роли, страх быть поглощенным женщиной, увлеченной собственным телом и так далее. Ф. Х. Аллен, один из первых последователей Ранка, отмечал, что гомосексуалист часто выбирает тело, подобное своему собственному из-за ужаса различий с женщиной и нехватки сил для того, чтобы поддерживать эти различия⁴⁸.

На самом деле, мы могли бы сказать, что извращенец представляет собой стремление к индивидуальности именно потому, что он вообще не чувствует себя личностью и имеет мало сил для поддержания идентичности. Извращения представляют собой жалкое и смехотворное притязание на резко выраженную индивидуальность со стороны тех, кто меньше всего подготовлен для реализации такого притязания. Если, как говорит Ранк, извращения – это стремление к свободе, мы должны добавить, что они обычно представляют собой стремление тех, кто менее всего к ней подготовлен. Эти люди бегут от видового рабства не из силы, а из слабости; из-за неспособности поддержать животную сторону своей натуры. Как мы видели выше, детский опыт является ключевым в развитии надежного чувства собственного тела, прочной идентификации с отцом, сильного контроля эго над собой и надежных навыков межличностного общения. Только если человек достигает этого, он может самозабвенно «выполнять видовую роль» таким образом, который не грозит затопить его тревогой уничтожения.