– Из близких родственников наследников по мужской линии не оказалось. Дальние нашлись, конечно. А меня за бездетностью в род вернули. За два года детей у нас с Фомой так и не было…
Теперь Анна спрашивала короткими фразами, не прикрывая допрос вежеством и гостеприимством:
– Сколько времени вдовеешь?
– Два года скоро.
– И не сватались больше? Почему? Из-за бездетности?
– Сватались, но я сама не хотела, а батюшка меня не неволил.
– А почему не хотела? Вдруг да родила бы деток?
Арина впервые запнулась, будто не зная, что сказать, но все же ответила:
– Я от любимого детей хотела, Анна Павловна, а после Фомы… видеть мужей рядом не желала… не могла себя переломить.
– Так мужа любила, что от детей готова была отказаться?
– Очень любила. Будто часть себя с ним похоронила. Долго как не в себе была, только дома и оттаяла немного, спасибо батюшке. А деток я всегда хотела, да не дал Господь.
– У нас в Ратном лекарка есть, очень хорошая, – голос Анны смягчился, будто и не было только что строгой боярыни. – Если ее попросить, она посмотрит, что с тобой. Может, подскажет что.
– Благодарствую, боярыня. Непременно схожу, коли примет она меня.
– Настена в помощи никому не отказывает… – и опять резкий вопрос. – А чем же ты в родительском доме занималась, коли деток-то не было?
– Матушке помогала хозяйство вести. А еще батюшка, чтоб меня от черных мыслей отвлечь, к охоте пристрастил. Он и сам лес любил, душой там отдыхал, вот и мне помогло.
– Значит, это батюшка твой так тебя из лука стрелять выучил? Лука Говорун и то удивлялся, сказывают, как ты татю в глаз стрелой попала.
– И батюшка учил, и побратим его, дядька Путята, что у нас тогда почти год жил. Вот он искусный лучник, он мне и лук потом подарил за успехи мои, и хвалил очень… Он для всех нас как родной дядька был, – Арина грустно улыбнулась своим воспоминаниям. – Жаль, не знаю, как ему весточку передать, сообщить, что с нами случилось. Батюшка знал, конечно, но мне не сказывал.
– А татя… случайно получилось, от отчаяния больше стреляла. Хоть и не метила я именно в голову, но тут повезло – повернулся он… – Арина вздохнула, вновь переживая тот ужас, и добавила тихо: – Это он как раз перед тем батюшку мечом добил…
Анна чуть губу с досады не закусила. И жалко ей было молодую женщину, пережившую такой ужас, но ведь до смерти же хотелось выспросить у этой странной вдовы все подробности того, что произошло тогда в лесу, узнать, как она решилась подставиться татям и под болты отроков. Да не просто подставиться, а выйти практически раздетой и выманить на себя убийц, лишив их осторожности.
Вопросы прямо-таки жгли язык, но… боярыне невместно проявлять подобное бабье любопытство, да и дело, за которым она пришла сюда, было очень уж важным.
– Про то, что в лесу было, мы с тобой в другой раз поговорим, – вернулась Анна к тому, что волновало ее больше всего. – Ты мне лучше вот что скажи: Андрея у нас в Ратном и жены, и девки стороной обходят, глядеть на него лишний раз боятся, а ты, говорят, сама ему поклонилась, когда об опекунстве речь зашла. Там же не один он был – и Лука, и другие ратники… Почему же ты именно ему доверилась?
Арина при имени Андрея еле заметно напряглась, но и в этот раз не замялась, твердо взглянула в глаза боярыни – только щеки слегка порозовели – и ответила:
