Тогда она не стала лезть к Анне с вопросами – не ей учить боярыню, но при случае решила исподволь все-таки выяснить – понимает ли та до конца, КАК и ЧЕМ волхва лечит, а уж потом решать – говорить с ней или нет. Однако то, что сейчас происходило, ни в какие ворота не лезло! Не могла этой поганке бабка такого позволить, никак не могла!
– Ты что же это делаешь?! – Арина шагнула к девчонке и схватила ту за ухо. Крутанула не сильно, но вполне ощутимо – так разозлилась на маленькую негодяйку, да и отвлечь ее надо было, чтобы с несчастного Простыни морок сняла. Может, и подзатыльник бы дала, да увидела испуганные глаза Саввушки и отпустила охнувшую от неожиданности девчонку. – А ну, прекрати!
Та зашипела змеей, отскочила и, скривив губы, не столько испуганно, сколько с вызовом уставилась прямо в глаза совсем не детским обволакивающим взглядом.
Арина, погасив гнев, усмехнулась прямо в лицо нахальной девчонке, и не подумав отводить глаза.
– Так это ты волхвы внучка? А она знает, чем ты тут развлекаешься? Да еще и без умения!
Мысленно представила каменную стену: еще в детстве училась защищаться от таких взглядов. Поставила эту стену между собой и Красавой и увидела, как глаза у той сразу вспыхнули удивлением и, наконец, стали обычными детскими, обиженными, словно ее подразнили забавой или лакомством, да в последний момент отобрали.
И еще испугалась она. Особенно когда Арина ее бабку помянула – глазенки забегали растерянно. Совсем нехитрый Аринин прием ее смутил, хотя ведовской взгляд она уверенно применяла, не первый раз, видно, людей морочит, не только несчастного Простыню. Понятно, своевольничает малявка, да и не сталкивалась еще ни разу с тем, что кто-то может ей не подчиниться, тем более вот так – когда с ней, как с обычной нашкодившей девчонкой обошлись. И, похоже, именно это на нее подействовало отрезвляюще, а вовсе не сильный щипок за ухо.
А девчонка не просто испугалась и растерялась – разозлилась и обиделась, как капризный ребенок, привыкший добиваться своего и впервые столкнувшийся с запретом. Глаза сузила, смотрела зверенышем. Казалось, протяни руку – укусит.
Арина, повинуясь порыву, хотела было заговорить с Саввушкой, который растерянно хлопал глазами, не разумея, что происходит, и увести его с собой, хотя понимала, что не стоит этого делать – такое самоуправство может не понравиться боярыне. Но Красава резко развернулась, схватила своего друга за руку и юркнула вместе с ним куда-то меж завалов бревен.
