Анна покосилась на Юльку. Та что-то сосредоточенно обдумывала, словно Машка, когда трудную задачку на уроке по счету решала. И снова боярыня подивилась непохожести лекарки на прочих девиц.
«
– А теперь давай-ка с оберегами твоими разберемся. Ты для чего их мне принесла?
– Так я же…
– Хочешь со мной по-доброму, так не надо врать, – Анна напрягла руку, не позволяя Юльке вывернуться из ее объятия. – Я ведь не ругать тебя собралась – думать вместе будем.
Мать тебе много лет повторяет, что лечение только тогда успешно, когда больной лекарю
Оберег просто так в руку не сунешь – его с надлежащим обрядом отдавать надо, а кто этот обряд проводить станет? Уж точно не я. Во-первых, я их не знаю, во-вторых, с чего ты вообще взяла, что я, христианка, дозволю проводить языческий обряд с отроками, которые только-только святое крещение приняли? Чтобы и мне, боярыне, тоже веры не стало? Значит, придется тебе, но тогда зачем ты обереги мне отдаешь? А еще отроки у парома меняются каждый день. Ты со всеми сразу обряд проводить собираешься? А Великой Волхве противостоять хватит силенок? Ну-ну, тихо, тихо, не ругаю я тебя – учу.
Я же тебе ничего нового про обереги, обряды и прочее не сказала, все это ты даже лучше меня знаешь. Так почему же ты за один раз столько глупостей натворила? Никто ж тебя не подучил, все сама измыслила. Так?
– Угу, – Юлька еще раз шмыгнула носом.
– И куда ж твоя разумность да знания подевались? Не отвечай ничего, я сама тебе сейчас про тебя расскажу, как лекарки больным про них самих рассказывают, а тебе неприятно будет, так же, как вашим больным. Но это лечение, а еще – новое для тебя знание. Сказку Мишанину про то, как баба с разбитым корытом осталась, помнишь?
– Помню.
– А когда слушала ее, думала, поди: «Вот дура-то, все ей мало было! Осталась бы царицей, да и жила бы себе припеваючи». Думала?
– Угу.
