Отрок. Внук сотника полностью

«И умолк мой ямщик, а дорога… не помню, как там дальше. Замолчал Илья, нахохлился, как воробей. Вот оно – социальное расслоение когда-то единой общины. И совершенно бесполезно объяснять, что к приходу такой толпы в селе надо подготовиться, и посылать для этого рядовых ратников совершенно бесполезно – не умеют они такие вопросы решать. Там, конечно, староста есть, но у деда и Луки самые большие доли в добыче. У деда, потому что сотник, а у Луки, потому что почти весь десяток состоит из родственников. А еще они не только воины, но и управленцы – умеют смотреть вперед и вычленять главные проблемы. Проинструктировали своих людей и послали готовить село к приему полона.

А Илья с Афоней люди, конечно, хорошие, но о таких вещах даже не задумываются. Афоне, хочешь не хочешь, а придется хотя бы азам управления учиться, иначе ничего путного у него с холопами не получится. А Илья… жаль мужика, но от него начинается социальный слой „низов“ феодального общества. Сам-то он отнюдь не дурак, на самый низ не свалится, но дело в принципе. А Афоня – предтеча того, что будет называться рыцарством, или шляхтой, или, позднее, дворянством. Нижний уровень верхнего слоя. Поучить его, что ли? Все равно делать нечего».

– Афанасий, а что ты с холопами своими делать будешь? – спросил Мишка.

– Их заиметь еще надо, – мрачно отозвался Афоня.

– Я же обещал!

– Мало ли что ты обещал! Ты не обижайся, Михайла, но сотник решение десятника отменяет редко, почти никогда. Десятнику виднее…

– А мне виднее, что обещать! Я – Лисовин, и слово сказано!

– Хе-хе…

– Что смешного, Илья? – Мишка резко обернулся к вознице, но тот уже успел отвести глаза.

– Да так… ничего. Не смеюсь я, кашлянул.

Мишка снова повернулся к Афоне:

– Так что, Афанасий? У вас раньше когда-нибудь холопы были?

– Были… давно. Дед рассказывал, я не помню.

– Значит, не умеешь, – сделал вывод Мишка.

– Чего там уметь-то?

– Людьми управлять. Это – тоже ремесло, уметь надо или учиться, если не умеешь. Так что ты с ними делать станешь?

– Ну чего? Это… работать заставлю.

– Это понятно, на то и холоп, чтобы работать. А как? Ну вот представь себе: вытянул ты жребий, указали тебе холопскую семью, которая тебе по жребию выпала. Подходишь ты к ним: глава семьи, баба, детишки. С чего начнешь? Какие слова самые первые скажешь?

– Э… На подворье поведу.

– Есть где поселить?

– На сеновале можно, еще пристройка есть, но холодная… в сенях… там тоже холодно. Летом-то построимся, а сейчас. Да-а-а, в избе всем тесно будет…

– А если детишки малые совсем?

– А как же тогда? Едрит твою… – ратник полез всей пятерней скрести в затылке. – Я и не думал.

– На первом же шагу и споткнулся. Ты как, тоже думаешь, что Лавр с Тихоном сено скупать поскакали?

– Народищу-то разместить… – обалдело протянул Афоня. – Да куда же мы их всех денем?

– Корней с Лукой уже придумали, для того людей и послали, чтобы все приготовить, а у тебя еще дня два на раздумья есть, быстрее-то не доберемся.

Илья тут же встрепенулся:

– Э! Так я что, на сене-то не подзаработаю?

– Заработаешь, – успокоил Мишка, – но сено – не главное.

– Это хорошо, – Илья довольно улыбнулся. – Слышь, Афоня, у тебя в пристройке пол земляной?

– Земляной, а что?

– Так они же по-старинному жить привыкли: пол – земляной, вместо печки – очаг. Натаскаешь камней для очага, полати можно там сделать?