– Ну, наорались? – дед приподнялся в седле. – Молчать! Слушать сотника!
Шум утих быстро, все – люди военные, к дисциплине приучены, да и приказать Корней умел.
– В должность сотника, – дед притронулся рукой к золотой гривне, – я вступил только сегодня. По обычаю, любой недовольный или желающий сам стать сотником может о том сказать, и тогда дело решается поединком. Десятник Пимен потребовал с меня отчета! Десятник! С сотника! Доставай меч, Пимка!
Дед соскочил с коня и обнажил клинок.
– Корней Агеич, да ты что? – Пимен явно не ожидал такого оборота.
– Доставай меч!
– Да не буду я с тобой…
– Тогда на колени, шапку долой, меч наземь! – не дал Пимену договорить дед. – Винись, паскуда!
– В чем виниться-то? Я только…
Вжик! Дедов меч перерубил на Пимене пояс, и ножны с мечом и кинжалом упали на снег. Удар был настолько точен, что одежда Пимена оказалась нетронутой. Второй удар был тоже хорош – оплеуха плашмя, так, что с головы Пимена слетела шапка, а сам он еле устоял на ногах.
– На колени, крысеныш, убью! – произнесено это было так, что никаких сомнений не оставалось: убьет.
Пимен бухнулся на колени:
– Винюсь, Корней Агеич! Прости, и в мыслях дурного не желал!
– Встать! Коня!
Пимен торопливо вскочил, подхватил дедова коня под уздцы, почтительно придержал стремя.
– Так и держи!
Пимен покорно остался стоять в роли конюха – без шапки, распояской – живое воплощение раскаявшегося злодея. Ухо и левая щека у него медленно начинали багроветь.
– Ну, кто еще забыл, что такое сотник? – дед напоказ поиграл обнаженным клинком. – Выходи, напомню!.. Нету? – меч скрылся в ножнах. – Тогда – о делах.
Дед медленно обвел взглядом присутствующих. Так дирижер «собирает внимание» оркестра или хора, перед тем как первый раз взмахнуть палочкой.
– Первое: новые ратники. Обычай ломать не дам! Чужих брать не будем, у нас и своих достаточно. Не поняли? Объясняю. Я привел из Куньего городища пять семей моей родни. Там шесть парней и молодых мужей, которых можно обучить ратному делу, да еще с десяток мальчишек, которых отдадим вон ему, – дед указал на Михайлу, – в Младшую стражу. Почти у каждого из вас жены или невестки родом из местных селений, значит, там у вас есть родня. Вот там пополнение для сотни искать и станем, заодно и женихов нашим девкам присмотрим. Кхе! – Дед блудливо подмигнул старшим ратникам, имеющим годных для замужества дочерей.
– А если не пойдут? – Кто задал вопрос, Мишка разобрать не успел. Дед, с высоты седла, возможно, и увидел вопрошающего, но обращался по-прежнему ко всем сразу:
– Возьмем силой! Мы эту землю отвоевали, теперь пора становиться на ней хозяевами. Или будут платить дань, или будут давать людей! Мы их защищаем, пускай платят! А особо упорным – пример Куньего городища!
Собравшиеся одобрительно загалдели, идея явно пришлась по вкусу.
– Молчать! – гаркнул дед. – Я еще не закончил!
Тишина наступила мгновенно.
– Второе. Тын и вообще все строительство. О сроке договорились. На работы выходить всем! Кто будет отлынивать, выгоню из села на все четыре стороны! У кого есть холопы, выведете на работу ровно половину, включая баб. А чтобы пример показать, беру на себя строительство угловой башни. Пора уже вместо тына валы насыпать и башни поставить.
– Э, Корней Агеич! – подал голос староста. – Прости, что перебиваю…
– Чего, Аристарх?
– Я вот что подумал: угловые башни на себя могли бы другие взять. К примеру, Степан-мельник, Касьян с Тимофеем, Кондрат – им по силам. Ну и я, раз уж такое дело, тоже мог бы. А тебе уж тогда проездную надвратную башню надо строить.
