Мир обречен на погибель, и было бы хорошо затопить Землю еще в первый раз, полностью, безжалостно и бескомпромиссно. И резвились бы сейчас дельфины в чистой воде. Без людей было бы лучше. Не так интересно, но лучше.
© Игорь Фёдоров, 2019
ISBN 978-5-0050-6536-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
— Однажды я поймал мечту президента, — поделился наставник, — только не нынешнего, а предыдущего.
— Да ну! — не поверил я.
— Точно говорю!
— Мечты президентов, канцлеров и премьер-министров водятся в океанах, или, в меньшей степени, в морях, — отрапортовал я.
Мой испытательный срок подходил к концу, оставался один день и я был готов к всевозможным провокациям и проверкам. С какой бы симпатией к тебе ни относились, друзей у тебя здесь нет. Спрашивают, как со знающего.
— Большие мечты глав государств именно там и водятся, — согласился наставник, — а мечты малых размеров? Кстати, какие это мечты?
— Индивидуальные, личные, не влияющие на интересы страны, государства или республики. Обычно затрагивают ареал семьи и дружеских отношений. Могут водиться в небольших водоемах, реках или на мелководье в пределах морской береговой линии.
— В океане?
— Исключено. Так что там была за мечта?
А иначе эта пытка может растянуться надолго. Наставник расположился на складном стуле, больше напоминающем пляжный шезлонг.
— Он мечтал о радиоуправляемом вертолете.
— Игрушечном?
— Ну, естественно, игрушечном. Что вы все об этом спрашиваете?
— А вдруг, это дрон для взрослых?
— Нет, это вертолет. Радиоуправляемый вертолет для детей.
— И как мечта, сбылась?
— У нее не было шанса.
Я нахмурился. Неужели проверка продолжается?
— Вы конфисковали мечту президента, пусть даже и небольшую?
— Ну да, — самодовольно ответил наставник.
— И чем игрушечный вертолет мог навредить нашему суверенитету?
— Абсолютно ничем. В глобальном масштабе — точно.
Я посмотрел на поплавок. Он плавно покачиваться на легких волнах небольшого водоема.
— Тогда зачем?
То, что мы решаем судьбы людей, еще не дает нам права лишать мечты любого, кого вздумается. Случались, впрочем, подобные единичные случаи, ловцы мечты попросту не справлялись с нагрузкой. Мой наставник, в общем-то, опытный ловец, и чтобы лишить человека детской безобидной мечты, нужен был веский довод.
— Он занимает большой пост, решает важные дела, — начал объяснять наставник, — так?
— Ну да, — согласился я, косясь на поплавок.
— Плюс перелеты по всей Земле. Сегодня он в Ростове, завтра, допустим, на саммите в Париже. Так зачем ему эта мечта, что отвлекает от работы.
— А она отвлекает?
— Уж я-то видел тоску в его глазах перед назначением очередного губернатора. О какой работе, качественной работе, может идти речь?
Может быть, конечно. Но…
— Но при конфискации детской мечты может произойти обесчеловечивание.
Мой поплавок сегодня решил взять выходной. Ведро с водой для мечты было пустым с самого утра. И это мне только на руку, последний день скоро закончится и все! Поздравьте меня, я ловец мечты четвертой категории!
— Мой испытательный срок подходил к концу, как сейчас у тебя. Надо было решать, что с ней делать, с этой мечтой, брать ответственность. Тут еще наставник стоит, ждет моих действий. Я свой выбор сделал.
Он сорвал травинку и стал разглядывать ее.
— И что сказало начальство? — поинтересовался я.
— Да они и сами в шоке были. Случай настолько редкий, что в учебниках не упоминается. Написал объяснительную на всякий случай, и, между прочим, тоска в глазах президента прошла, — тут он улыбнулся, — а на следующий день я вышел на берег уже без наставника.
— С удостоверением?
— Конечно!
У меня заколотилось сердце. Еще три часа и завтра у меня будет «корочка», а я так долго шел к этому!
На одно место метили 1500 абитуриентов и я, признаться, не только не подавал особых надежд, так еще и пришел за компанию со своей девушкой. У меня вообще были другие планы на жизнь. И вроде шло все хорошо, ни шатко, ни валко, с каждым экзаменом я все больше отдалялся от звания студента, не набирал нужных баллов, но тут случилось это…
Передо мной разложили карточки изображением вниз.
— Вытягивайте в любом порядке, — предложила мне женщина из комиссии.
В любом порядке, значит, начинать с легкого. Не думаю, что такой подход будет приветствоваться у экзаменационной комиссии. Поэтому…
Я взялся за первую карточку:
— Арбуз.
Есть!
Вторая.
— Цифра «семь».
В точку!
Вообще-то, это трудно, вот так взять и отгадывать картинки, и экзаменаторы это знают.
— Дальше, пожалуйста.
— Квадрат
— Цвет?
— Синий.
Квадрат оказался зеленым, но цвет видится хуже формы.
— Солнце
Ага!
— Понятно, — сказала женщина и рукой смела карточки в коробку.
На их место положили другие. И что-то подсказывало — у меня появился шанс, учитывая, что моя девушка не отгадала ни одного изображения.
— Продолжайте.
Я посмотрел на первую карточку. Быть такого не может, но других вариантов у меня не было.
— Мэрилин Монро, что ли?
Экзменаторша уважительно посмотрела на меня.
— Дальше.
— Дама пик.
Это оказался валет, но члены комиссии зашевелились. Я прямо физически ощущал их повышенный интерес.
Женщина сама выбрала карточку.
— Что тут?
— Ноты.
— Какие?
Я начал водить пальцем в воздухе, тыкая в представленную нотную графу.
— Так… Соль… Потом… Ре… Ля…
— Достаточно. А эта?
