Оцепенение полностью

– Улле ему не родной отец, но он помогает нам во всем. Мы продали квартиру и купили дом на природе. Я уволилась из аптеки и теперь работаю дистанционно, веду проекты для фармацевтической компании. Улле писатель, так что он может работать откуда угодно. Но нам нужна помощь. Мы не можем оставить Юнаса одного. Он прикован к постели и страдает эпилепсией. Мы не знаем, насколько ясно его сознание, но у него бывают плохие и хорошие дни. Но я не могу рисковать, что он, например, выпадет из кровати или с ним случится эпилептический припадок, когда нас нет.

Видимо, мои мысли были написаны на лице, поскольку Ракель кладет руку мне на плечо и говорит:

– Не бойся. Опыт не требуется. Просто нужно быть с ним рядом. Читать книги вслух, ставить музыку, немного помогать по дому. Время работы с десяти до четырех, пять дней в неделю. Но сейчас Улле в отъезде, поэтому, может быть, больше. Зарплата пятнадцать тысяч в месяц, включая проживание и питание.

Проживание. Питание.

Одна мысль о мягкой постели и вкусной горячей еде делает это предложение весьма заманчивым, хотя зарплата, прямо сказать, мизерная.

Пятнадцать тысяч. Столько я зарабатывал за неделю.

Шестичасовой рабочий день, пятидневная рабочая неделя. Итого тридцать шесть часов в неделю. В месяце в среднем четыре с половиной рабочих недели. Всего сто тридцать часов в месяц. Это значит, что почасовая оплата – сто одиннадцать крон.

Сто одиннадцать крон, серьезно?

Но при этом я понимаю, что это неплохое предложение. Если зарплата черная – скорее всего, так оно и есть, но я стесняюсь спросить, – то это выше, чем в «Макдоналдсе».

– Если ты согласишься, то по истечении пробного первого месяца мы можем еще раз обсудить зарплату, – читает мои мысли Ракель. – Если, конечно, все сложится.

Я ловлю на себе ее взгляд.

Если все сложится.

Она серьезно предлагает мне работать на них?

Но в следующую секунду:

– Сможешь прислать рекомендации?

Я молчу.

– Может, от твоего начальника в «Медиа Маркте»? – предлагает она.

Ракель уходит, а остаюсь сидеть на камне. Смотрю, как солнце опускается в облака, собравшиеся на горизонте. Становится холоднее, я достаю толстовку из сумки, отряхиваю от травы и жуков и натягиваю через голову.

Где мне взять рекомендации? И нужна ли мне эта работа?

Я думаю о Ракель с ее белой кожей и длинными темными волосами. О еде и о настоящей кровати с чистыми простынями и настоящей подушкой вместо лесной поляны.

Заманчивое предложение…

Но потом перед глазами возникает другая картина. Я сижу на табурете и кормлю с ложечки дебила в памперсе со скрюченными, как прибитые волнами к берегу сучья, руками.

Нет.

Не прокатит.

И к тому же – сто одиннадцать крон в час? Это просто смешно.

И даже унизительно.

Я достаю телефон.

Часть меня хочет включить его и позвонить матери, но что, если Мальте меня обнаружит? Я, конечно, проверил все настройки локации, но нельзя знать наверняка.

Раздумываю, протираю телефон в ладонях.

Если я разок только позвоню – всего одну минуту – смогут ли они меня выследить?

Я включаю телефон и проверяю сообщения.

Никто не пытался со мной связаться – ни мама, ни Александра, ни Лиам.

Отстой.

Вот насколько я был для них важен. Вот как много для них значил. И снова звучит этот злой голос в голове: «Ты ничто, Самуэль. Видишь, они счастливы, что от тебя отделались».

Проверяю «Инстаграм».

Жанетт выложила фотку в бикини. Одну руку она держит перед губами. Указательный и средний пальцы образуют букву V вокруг высунутого языка.

Триста восемьдесят лайков.

Мобильный пикает, и я смотрю на экран.

Сообщение от Ракель: «Спасибо за встречу. Если ты по-прежнему заинтересован, работа твоя. Звони, если решишь».

Пока я читаю сообщение, телефон снова пикает. Волосы встают дыбом, когда я вижу, что эсэмэс от Игоря.

«Тебе крышка» – написано там.

И все.

От страха я роняю телефон. Он падает на камень и начинает медленно сползать к воде.

Каким-то чудом мне удается подхватить его прежде, чем он плюхнется в воду.

Черт.

Я думал, Игорь в тюрьме. Какого хрена копы его отпустили?

Оглядываюсь по сторонам в страхе, что Игорь прячется где-то рядом за деревьями, но вокруг тихо.

Покрытая гравием дорога безлюдна. Меж стволов сосен расползается белый туман, ласкает листья папоротника, укутывает камни. К вечеру ветер стих, и волны медленно и ритмично лижут камни. Воздух влажный и холодный, словно в дедушкином погребе.

Вообще-то мне стоило пойти к Игорю и объяснить, что я спрятал деньги и забрал мотоцикл, чтобы его защитить от копов, но я не осмеливаюсь.

Что, если это не он послал сообщение?

Что, если это копы пытаются выманить меня из укрытия?

Мысли вертятся у меня в голове, как в карусели, с которой невозможно сойти.

Мне нужно время.

Нужно выяснить, что произошло с Игорем. И придумать, как выбраться из всего этого дерьма.

Даже вечность тебе не поможет, лузер.

Я сажусь на камень и достаю мобильный. Колеблюсь, дрожу от холода и быстро набираю сообщение Ракель, что я согласен на них работать.