Отшельник полностью

-  Кто свистел?

-  Я, - ответил Семен.

-  «А старушка где?»

Семен засмеялся и сказал:

-  Нет, там, в фильме, не так.

-  А как? - спросил я.

-  Да я и сам не помню, но не так.

-  Откуда свисток-то взялся? - спросил я, присаживаясь к огню.

-  У этого нашли, - Семен кивнул на Штерна.

Я с опаской взглянул на нашего пленника, и, к своему удивлению, не обнаружил на нем никаких следов бесчеловечных пыток, от которых можно было бы так орать.

Я еще раз оглядел его, но так ничего и не заметил.

Вот только взгляд у него был какой-то… жалкий, что ли…

Повернувшись к Афанасию, я спросил:

-  Ты что - знаешь какие-то особые шаманские пытки, которые не оставляют следов?

Афанасий усмехнулся:

-  Однако, знаю.

Семен крякнул:

-  Да он его и пальцем не тронул. Только посыпал в костер каких-то кореньев и давай скакать вокруг этого урода. И бормотать что-то. Мне и самому страшно стало, а уж этот-то и вовсе заверещал, как резаный, аж обгадился от страха.

Я принюхался - и действительно: слегка воняло.

-  Я его испугал маленько, - сказал Афанасий, - ты же сам сказал, что нужно по-другому.

-  Ну и как? - поинтересовался я.

-  Нормально, - кивнул Афанасий, - он тут нам такого порассказал…

-  Да уж, - подтвердил Семен, - услышишь - не поверишь.

-  Значит, цель достигнута?

-  Ага.

-  И можно уходить?

-  Можно.

В это время из леса бесшумно вышел Макар.

Я взглянул на него:

-  Ну, тогда пошли. Веди нас, верный Гайавата!

Афанасий улыбнулся и ответил:

-  Пошли.

Во время нашего разговора Штерн испуганно переводил глаза с одного на другого, и теперь, услышав, что мы собираемся уходить, спросил совершенно другим, слабым и робким, голосом:

-  А как же я?

-  Ты? - я удивился, - а тебя мы не тронем. Правда?

И я посмотрел на Семена.

-  Точно, не тронем, - ответил он серьезно.

Мы затоптали костер и ушли, а Штерн остался в кромешной тьме, крепко привязанный к колышкам, и ему оставалось только любоваться ночным небом и дожидаться, пока на него набредет какой-нибудь волк или медведь. А может быть, до этого его муравьи обнаружат. Тоже ничего.

Когда мы отошли метров на триста, Семен вдруг остановился и сказал мне:

-  Дай фонарик.

Я удивился, но отдал ему фонарь.

-  Понимаешь… - Семен нахмурился, - если бы… В общем, я не такой, как он.

И ушел в темноту.

Через несколько минут мы услышали гулко разнесшийся по ночной тайге выстрел.

Обратно мы шли не торопясь, и на исходе второго дня вышли на уже знакомое место на берегу Оби, откуда до моего дома оставалось не более десяти километров. Спешить, в общем-то, было некуда, поэтому я решил сделать привал, чтобы оставшийся путь проделать не спеша, как на прогулке.