Новое произведение автора ставших популярными книг «Кавказская Голгофа», «Самарянка», «Репортёр», как и предыдущие, отличает острый драматический сюжет и глубокая психологическая разработка образа главного героя повествования, странным, мистическим образом узнавшего о таинственном лесном отшельнике — наследнике целой плеяды никому не известных подвижников, уединившихся от мира и его сует в недоступных местах. Какой будет встреча с ним — не книжным, а живым, реальным черноризцем-аскетом наших дней? Что изменит эта встреча в жизни тех, с кем его сведёт Господь?
Лена осторожно встала с кровати, нащупала босыми ногами теплые тапочки и, чтобы в темноте ничего не опрокинуть, не споткнуться и не разбудить спавших в соседней комнатке детей, на цыпочках подошла к спящему мужу. Присев рядом, нагнулась ближе и прикоснулась ладонью к его вспотевшему лбу.
— Слава Тебе, Господи, — прошептала она, благодарно взглянув на святые образа и перекрестившись.
Хотя температура еще чувствовалась, но уже не была такой высокой, как накануне вечером, когда отца Игоря лихорадило, и он, одетый в плотный спортивный костюм, в домотканных шерстяных носках никак не мог согреться даже под двумя толстыми одеялами.
Вздрогнув, отец Игорь открыл глаза.
— Который час? — сдавленным от ангины голосом спросил он.
— Начало четвертого, рано еще, поспи, родной, — Лена аккуратно вытерла с его лица пот и укрыла до подбородка. — Всю ночь стонал, ворочался… Плохо было, да?
— Снилось что-то навязчивое, — он положил ладонь жены себе под щеку. — Полусон, полудрема…
— А почему меня не позвал? Я бы все эти «полу» разогнала, ладошку вот так положила — и был бы не «полу», а настоящий сон. Хоть сейчас поспи, спешить все равно некуда, ночь на дворе.
Отец Игорь, как показалось Лене, действительно быстро уснул, его дыхание стало ровным, спокойным. Она высвободила ладонь, собираясь возвратиться на свою кровать, как тот опять заворочался:
— Леночка, разбуди меня через часок, если вдруг засну крепко.
Лена снова присела рядом:
— Что за новости? Хочешь себе добавить? Совсем свалиться? И так еле на ногах стоишь, вспомни, что вчера с тобой было.
— А что вчера было? — отец Игорь улыбнулся, взяв в свои руки ладошку жены. — Дай-ка припомню. О, вспомнил! Вчера было вкусное малиновое варенье с чаем. Вчера был мед с чаем. А потом был просто чай, но тоже вкусный, с какими-то травками от температуры.
— А температуру не помнишь? — улыбнулась и Лена. — Трясло всего, как осиновый лист, хоть скорую вызывай. Теперь лежи, в твоем состоянии это самое лучшее лекарство. Не забывай, что через два дня у нас будут гости. Не думаю, что они обрадуются, увидев тебя больным в постели. Вместе поедем на природу, отдохнем, здоровье твое поправим.
Отец Игорь уткнулся в подушку, чтобы не рассмеяться и не обидеть смехом жену.
— Когда свалишься — тогда будет не до смеха, — Лена не желала разделять этого веселого настроения.
— Да я не в том смысле, — он погладил ее руку.
— Не в том… А в каком еще? Над чем тут еще можно смеяться?
— Я в смысле твоих слов: «Поедем на природу». Куда ехать, когда природа — сразу за нашими воротами? Никуда и ехать не нужно.
